Мне не зябко, не мокро.
Бесцветно.
Внутренняя пружина так сильно сжата, что никакой ветер не в состоянии достучаться до нервных окончаний.
Приходится вымораживать себя насквозь. Насиловать холодом до околевших рук и стука зубов.
Только когда позвоночник прошибает ледяная волна, я постепенно расслабляюсь.
Вернувшись в комнату, закрываю дверь лоджии. Ныряю в тапочки. И ухожу греться под горячими струями в душе.
***
На утро после такого вечера и ночи я как разбитое корыто. Мы снова опаздываем с Робертом в сад. Вновь приезжаю в детский дом на полчаса позже привычного срока.
К моему счастью дальше все проходит, как обычно. Игры с детьми, пустые разговоры с коллегами, согласование с поваром меню на ужин и спокойная, без пробок дорога в сад и домой.
К семи вечера я и Миша готовы к приему гостя. Специально для Аристархова я надеваю глухое черное платье с пикантным вырезом на спине. А муж соглашается сменить домашние тапки со специальной ортопедической подошвой на удобные мокасины.
Мы оба собраны, однако звонок в дверь оказывается для меня неожиданностью. Я снова вспоминаю нахальный поцелуй нового спонсора и, как девочка, заливаюсь краской.
- У него нет ни одного шанса. – Миша шлепает меня по ягодицам и идет лично открывать дверь.
Появление Аристархова напоминает начало важного представления в театре. Я пытаюсь себя убедить, что это водевиль. Но уже через минуту становится ясно, что впереди драма.
- Глеб Юрьевич! Какие люди! – распахивает руки для объятий мой муж.
- Лучше просто Глеб, - как давнему другу отвечает Аристархов и так же тепло обнимает Мансурова.
- А это?
Вижу, как у мужа открывается рот. Сейчас он точь-в-точь как охотничья собака нашего знакомого егеря, готовая в любой момент сорваться за дичью.
- Знакомьтесь, моя Полина.
Аристархов пропускает вперед роскошную длинноногую брюнетку. Спрашивает мужа о делах и чем-то еще. А я, как последняя дура, раз за разом перевариваю внезапное «моя».
Ума не приложу, почему меня так цепляет это короткое слово. Аристархов такой же лицемерный подонок, как и муж. Все, что мне от него нужно – пробраться в кровать, поставить прослушку и, когда отец будет брать всю банду, помахать красавчику рукой на прощание.
Никаких чувств. И все же... Я злюсь.
- У вас очень милый дом, - словно не замечает моего состояния, мурлычет рядом Полина.
- Спасибо. Мы переехали в прошлом году. Еще не все успели закончить. Но мне тоже нравится. - Я изо всех сил тяну уголки губ в стороны. Пытаюсь быть радушной хозяйкой.
- Мы с Глебом пока живем в квартире. – Дамочка поправляет безупречную укладку. – Вернее... Глеб живет. А я так... – подмигивает мне. – Наведываюсь, чтобы скрасить ему досуг.
- Поразительно, как при его занятости хватает времени ещё и на домашний досуг. – Усмехаюсь, вспомнив воспитательницу. И, кажется, Полина понимает мой завуалированный намек.
- Глеб очень темпераментный мужчина, - пожимает она плечами. – А я все же не жена.
- Девочки, успеете наговориться после ужина. Мужчин пора кормить! У нас утка стынет! – вмешивается муж.
Он обнимает Полину за талию и по-хозяйски ведет ее в столовую.
- Я бы предпочел деликатес другого рода, - произносит интимным голосом Аристархов.
- Напомню, вы здесь, чтобы загладить вину, - шепчу я, с трудом выдерживая его близость.
- А если я передумал извиняться и хочу продолжения?
Горячая ладонь касается моей обнаженной спины. Медленно скользит по позвонкам. И замирает в самом низу – на талии.
- А как же ваша Полина? – Не дышу.
- Полина... – Мужская ладонь нежно поглаживает поясницу. – Она презент! Надеюсь, вашему мужу понравится.
Он плавно поворачивает меня к себе. Хищно ухмыляется. А я внезапно забываю обо всем, увидев еще один шрам.
Точно такой же, как между пальцев, только в этот раз на шее.
- Герман?..
Глава 13
Катя
Это ненормально. Мой муж болен паранойей, но я, кажется, подцепила что-то страшнее.
Вопреки всем фактам, наперекор тому, что вижу собственными глазами... я практически уверена, что передо мной Герман Боровский.
Будто решил надо мной поиздеваться, Аристархов не спешит с ответом.
Он рассматривает мое лицо. Хмурится. Лишь спустя долгую минуту выдает:
- Вы уже второй раз называете меня этим именем. Герман. Мы так похожи?
- И да, и нет.
Нужно как-то очнуться. Выбраться из этого наваждения. В столовой уже ждет муж. В любой момент сюда может прибежать Роберт. А я несу какую-то чушь и витаю в облаках.
- Загадочная женская логика, - усмехается Аристархов. - Кто для вас этот Герман? Брат, бывший любовник, друг?
- Он... – сглатываю ком. - Был другом.
- Значит, был? Теперь не друг?
- Его больше нет.
Сжимаю кулаки так сильно, что ногти до боли впиваются в кожу.
- Какая трагедия. Соболезную вашей утрате.
Впервые за время нашего знакомства я вижу в глазах Аристархова что-то, напоминающее эмоцию. Сочувствие, горечь или тоску. Точно разобрать не получается.
- Спасибо. – Делаю шаг в сторону столовой. – Извините, что назвала вас так.
- Ничего страшного. Главное, чтобы ваш муж не переживал, что вы называете меня именем своего друга.
Кажется, не только я сегодня разговариваю намеками.
