– Это был своеобразный адреналин. Фил, мне просто хотелось расширить предел допустимого… расширить те рамки, в которые загнало меня моё воспитание. И знаешь, пока ты находишься в этих рамках, ты всегда будешь чувствовать потребность выйти за них. Я помню тот момент, когда представила вас друг другу, тогда, в сумерках, в пустой арке, о чём ты подумал?
– Думал я тогда о том, что голоден, – пошутил он. – Ты имеешь в виду, какое у меня сложилось впечатление?
– Да. Что ты подумал о моём выборе?
– Тогда он пожал мне руку со всей мужской приветливостью и держался довольно достойно, но мне показался совсем ребёнком, несмотря на то, что он создавал впечатление цепкого и продуманного по жизни. А о вас, как о паре, я подумал, как о временном явлении.
– Почему? – поразилась она.
– Странно, что ты удивляешься этому тогда, как давно, по сути, не состоишь с ним в отношениях.
– И всё же…
– Потому что вы не пара друг другу, рядом с тобой я всегда видел совершенно другого человека… Однако, я же тебе об этом никогда не говорил… – оправдательным тоном продолжил он. – Для меня было важно не вмешиваться, пока тебе было с ним хорошо.
м
– Могу я узнать, чем в данный момент занимается мой дружочек? – прошелестел в трубку голос Феликса, пока Алекса переходила из одной аудитории в другую.
– Безумно радуется твоему звонку.
– Ах ты маленькая подлиза… – замурлыкал он, явно удовлетворённый её реакцией. – В общем, дела такие, Алекса. Сегодня утром из Москвы прилетели мои хорошие приятели. Они тут задержатся на пару дней, решат все свои дела и отчалят обратно. А вечером они изъявили желание организованно посидеть где-нибудь.
– В таком случае напоминаю: много не пей, мало тоже! – весело парировала Алекса, отмечая про себя, что Феликс часто прибеднялся насчёт того, что у него весьма бедная копилка знакомых и друзей, ведь в последнее время он то и дело знакомил её со своим окружением. – А я, в свою очередь, завтра заеду в гости и попробую спасти тебя от похмельного синдрома.
– Ты можешь начинать уже сегодня.
– В смысле? Ты что, уже хорошенький? – ласково уточнила она.
– Ты не поняла. Я в том смысле, что сегодняшний вечер ты проведёшь с нами. Я горю желанием познакомить тебя со своими пацанами. Так что, как закончишь дела в доме монстров режиссуры, сразу подъезжай к нам в «Фурштат», там бахнем по аперитивчику и сразу рванём туда, где царят разврат и похоть, – рассмеялся он.
– Фил, ты же знаешь, что я с огромным удовольствием, но сегодня вечером я никак не могу, – оправдывающимся голосом пролепетала Алекса. – Завтра сложный семинар и пробное тестирование. И мне, как минимум, нужно быть в форме.
– Сразу предупреждаю, что отговорки не принимаются! – возразил он. – Тем более, «пробное тестирование» подразумевает лишь пробу своих сил перед основным испытанием. Так что, ничего криминального. В общем, план у нас с тобой – проще некуда: после учёбы берёшь такси и прямиком ко мне. Когда будешь на месте, звякни, чтобы я вышел отпустить таксиста. Ну а потом мы позволим себе немного праздника. Обещаю обеспечить хорошей музыкой, вкусной кухней и качественным алкоголем.
– Фил, послушай… Я действительно очень хочу провести этот вечер с тобой и твоими друзьями, как и любой другой вечер, но я просто не могу себе позволить этого сегодня. Уж так вышло, что твой дружочек – ещё и студентка ВУЗа. Но я хочу сказать тебе спасибо за то, что ты всегда обо мне помнишь.
– Алекса, если ты хочешь поблагодарить меня, сделаешь это сегодня при личной встрече. А я повторюсь, что отказы не принимаются, – категоричным тоном предупредил он и тут же прервал связь, лишая её возможности ответить.
– Он неисправим! – Алекса взмахнула руками и, обернувшись к Наде, швырнула свой телефон в сумочку.
– Говорила со своим Феликсом?
– Он настаивает на встрече и даже слышать не хочет о том, что ждёт меня завтра. Хотя я уже знаю эту сторону его медали. Такое категоричное упрямство и настойчивость, которые иногда переходят все границы, проявляются в нём под влиянием чего-нибудь крепкого…
– Думаешь, он уже вовсю гуляет?
– Это очевидно.
– И как ты поступишь?
– У меня не так много вариантов, как хотелось бы, – обречённо вздохнула Алекса, зная, что обмануть его ожидания было бы для него равносильно предательству.
– Судя по твоим рассказам о нём, могу сделать вывод, что у тебя их вообще нет, кроме единственно возможного… – заметила Надя, расправляя свою густую чёлку пальцами.
– Так-то оно так. Главное, чтобы потом я сама себя не загнала в угол.
– Ты имеешь в виду, что он будет пользоваться твоей безотказностью?
– Я имею в виду, чтобы мне потом не попасть в долговую яму по учёбе.
Около девяти вечера Алекса спустилась в заведение, о котором говорил Феликс, и, тут же заметив его в окружении своих знакомых, направилась к их столику. Обжигаемая любопытством о том, какими типажами окажутся его друзья, она предвкушала интригующую игру в завоевание симпатии каждого из них. Но главной её целью было в очередной раз подчеркнуть свою неповторимость и укоренить в Феликсе мнение о том, что она – номер один.
