-Кого? – Смеясь, спросила Уна Сиху. – Кого? Из резервации я не выхожу, а кого-то из своих…полный бред…никто из навахо не пошел бы на это!
-Но Вы угрожали ему?
-Естественно! Он осрамил меня при всем поселке! Если бы я была молода как ты, то точно бы убила его! Но не сейчас…ему просто повезло! – Рявкнула старуха в негодовании.
-Так или иначе, Вы знаете что-то, что могло бы помочь нам… - спокойно продолжил Уинстер.
-Спроси меня, и я тебе скажу… - искренне ответила женщина, что было довольно неожиданно, учитывая ее прошлый настрой.
-С кем встречались Вы прошлой ночью? – Решил прямо действовать Оливер.
-Встречалась? – Старуха удивленно посмотрела на агента, но по взгляду того, поняла, что уйти от ответа ей не удастся. – С мужчиной. Чужаком. Он вышел на меня случайно. Один из тех, кто покинул нашу резервацию, рассказал ему обо мне. Я помогала его матери. Она сильно болела после смерти мужа… - На этой фразе Белая Лилия немного прервалась, чтобы сделать глоток свежего травяного чая и, судя по всему, отогнать воспоминания о собственном супруге, погибшем много лет назад. – Но ей уже никто не мог помочь…
-Почему?
-Она не хотела оставаться с нами, и ее душа уже была на половине пути к тому миру, где живут мертвые. Она хотела как можно скорее воссоединиться с тем, кого любила всю жизнь. – Уна Сиху тяжело вздохнула и с грохотом поставила железную кружку на стол.
-Тот мужчина…как его звали? Вы часто с ним виделись? – Уточнил мужчина.
-Откуда мне знать? Я не спрашивала его имени. Просто захотела помочь, потому что… - Старуха осеклась и сморщилась, не желая продолжать.
-Потому что когда-то Вам никто не помог? – Осторожно завершил за нее фразу Оливер.
Уна Сиху снова посмотрела на него и, ухмыльнувшись, кивнула.
-Никто. Я не часто с ним виделась. Только один раз ко мне приходили его дети. Но я отослала их обратно, сказав, что буду работать только с ним самим. Он не давал мне ничего, нет. - Опередив вопрос, сказала женщина.
-Вам просто хотелось ему помочь. – Подтвердил агент. - А кто навел его на Вас? Вы сказали, что это был один из тех, кто покинул резервацию?
-Да. Один человек из вашего мира, писатель, он проходил обряд здесь, потому что хотел забыть покойную жену.
Оливер в вопрошающем удивлении поднял глаза на старуху.
-Фил Лютер?
-Откуда мне знать, я его паспорт не проверяла! – Буркнула она.
Старуха села на скрипучий стул, прогнувшийся под ее хоть и небольшим весом.
- Я не думаю, что могу тебе еще чем-то помочь. – Пробурчала она.
-Да, конечно, спасибо. – Оливер вдруг почувствовал, что ему нужно обязательно уйти отсюда, что здесь ему нельзя, просто не стоит больше оставаться. Мужчина быстро направился к выходу, но его остановила последняя фраза собеседницы:
-Кстати, передай Кетрин, что шаман у себя. – Приветливо улыбнулась та и скрылась в спальне.
Оливер не поворачиваясь, остановился в дверях и несколько секунд простоял так, обдумывая, почему именно для Кетрин необходимо это послание?
***
Пока комиссар удобно расположился на мягком диване с аляпистой цветастой обивкой и наблюдал за носками своих только сегодня утром вычищенных ботинок, агент Марлини расхаживал по небольшой, но уютной гостиной в одном из современных домов поселения. Это было одно из тех самых быстровозводимых сооружений, которые стали популярны в последнее время. Рядом с диваном, на котором столь по-хозяйски расположился Лафарг, стояла такая же деревянная тумба, как и в других домах навахо, только несколько большего размера. Она была покрыта белой салфеткой с причудливым узором, а на салфетке стоял стеклянный графин с лимонадом.
Марлини приостановился и внимательно посмотрел на этот графин. Не то чтобы он хотел пить, но аромат сахарного сиропа, лимона и еще чего-то очень вкусного заставил мужчину невольно сглотнуть, опустить взгляд и продолжить двигаться дальше. Дальше – это значит дойти до восточной стены дома, поднять взгляд с пола, посмотреть на картины, висящие на стене, тяжело вздохнуть, развернуться на каблуках и продолжить свой путь к западной стене, а дойдя до нее, вновь поднять взгляд, посмотрев на глиняные маски каких-то индейских духов, опустить голову и повернуть назад.
Лафарга сначала мало беспокоило это расхаживание, и он постарался сосредоточиться на чем-то постороннем, но тут по телевизору стали показывать новости, что и привлекло внимание комиссара. В течение последних месяцев ни один выпуск не обходился без репортажа об Ираке, об оружии массового поражения, без заявления президента, обвинявшего Саддама в связях то с одной, то с другой террористической организацией. Лафарг что-то буркнул про себя, когда на экране появился Буш-младший, и, судя по лицу комиссара, это не было чем-то даже издалека похожим на комплимент.
Так или иначе, в тот момент, когда Лафарг уже был готов высказать свое мнение по поводу современной политической обстановки в комнату вошла хозяйка дома. Молодая женщина встала в дверях, словно это она была в гостях у агентов, а не они пришли к ней с расспросами.
-Господа, я могу предложить вам лимонад? Чай? Кофе? – вежливо спросила она.
