Когда спустя некоторое время Пэйс проходил мимо спальни Джози, внимание обеих женщин было целиком поглощено множеством разбросанных на кровати и на полу платьев и нижних юбок. Он покачал головой и пошел дальше. Слава Богу, что у него жена, которая не требует каждый день новые дорогие наряды. По-видимому, все, что давала ферма, Чарли до последнего цента тратил на одежду Джози.
Ему было неприятно думать об этом. Ему не хотелось вспоминать о пустой конюшне и трех жалких свиньях в загоне. Солдаты забрали все, кроме кур, и за это он еще должен благодарить. Пэйс знал, что дальше к югу еще гораздо хуже. Две армии разграбили все плантации, не оставляя ничего живого, включая людей, которые их возделывали. Как однажды сказала Дора, он, по крайней мере, остался жив.
Его раненая рука постоянно болела от перегрузки, но Пэйс не мог заставлять Джексона делать всю работу. Он мог работать мотыгой не хуже, чем кто-либо еще. Другое дело, что он не обязан любить такую работу.
Глядя, как сестра Солли мотыжит землю под табак, Пэйс подумал, что Джози не привезла с собой няню для Эми. До отъезда Джози Пэйс ничего не платил Делле. Он мог поклясться, что та теперь решила устроиться на работу в Цинциннати. Черт, у него не было денег, чтобы платить еще одной служанке. Джози придется самой смотреть за Эми.
Но, разумеется, он хотел, чтобы кто-нибудь по ночам присматривал за Фрэнсис, чтобы он мог непрерывно быть с Дорой. Она все время беспокоилась и суетилась около ребенка и вставала среди ночи проверить, как девочка спит. А когда сама ложилась в постель, то была такой усталой, что у него не хватало духу ее будить. Пэйс полагал, что четырех недель недостаточно для того, чтобы Дора оправилась, но ему хотелось немного объятий и поцелуев, просто напоминающих, что он мужчина.
Черт, кого он обманывает? Ему их так не хватает, что он сразу бы перешел от поцелуев к делу. Проблема заключалась не в Доре, а в нем самом. Пэйс не мог обнять ее и ограничиться беглым поцелуем в щечку раз в неделю. У него не было опыта в подобных вещах. Его отец наверняка никогда так не поступал. Он надеялся, что Доре может понравиться его сдержанность, и со временем привести к чему-то большему.
Но Пэйс даже не знал, как поцеловать собственную жену, – трудно в этом признаться, но это правда. Он, наверное, сошел с ума, когда в тот первый раз, в амбаре, почти изнасиловал ее. А в следующий раз Дора сама пришла и отдалась ему. Пэйс никогда не ухаживал за ней. У него никогда не было времени для таких отношений. А теперь он считает себя вправе просто лечь к ней в постель и добиться своего, когда ему заблагорассудится.
Их разговор о том, что Дора всегда знала, где и как его найти, тоже не облегчал ситуацию. Он все еще не решил, как это воспринимать. Пэйс много думал об этом по ночам, лежа рядом с ней. Дора говорила чистую правду, насколько сама ее понимала. Она всегда могла его найти. Дора прибежала, когда парни хотели избить его до полусмерти, нашла в тот вечер, когда Джози объявила о своей помолвке с Чарли, а также когда охотники за рабами ранили его. Он вспомнил и другие случаи, когда Дора появлялась в таких местах, где ей вовсе не следовало находиться, и все ради него. Он никогда раньше не думал о том, как ей это удавалось. Теперь же не мог не думать. Дора спасла его злополучную жизнь, а он отблагодарил ее тем, что сделал ей ребенка. А потом сбежал без единого слова, оставив справляться со всем этим в одиночку. Если бы Дора была ангелом, то он дьяволом во плоти. Неудивительно, что они больше не могут быть вместе.
Наблюдая, как Джексон ведет мула через дальнее поле, Пэйс подумал, не будет ли для Доры в тысячу раз лучше, если он исчезнет из ее жизни. Он слишком хорошо знал себя, чтобы вообразить, будто сможет и дальше спать с ней в одной постели и не взять ее, в конце концов. Тогда будут еще дети. Но вправе ли он обречь жену на это? Хуже того, Пэйс не знал, сможет ли прокормить и одеть тех, кто появится на свет.
Он мало на что годен. Джексон мог вспахать поле. Если бы нанять еще одного работника, то он, Пэйс, был бы здесь совсем не нужен. Он хотел, чтобы у Фрэнсис был отец, но каким отцом он будет? Таким, который преподаст ей урок раздражительности и научит бросаться на людей с кулаками, когда выйдет из себя?
От одной мысли об этом у него все сжималось внутри. Пэйс хотел бы поговорить с Дорой, но у Доры слишком доброе сердце, чтобы поверить, будто ей будет лучше без него. Она начнет разглагольствовать, что это его дом, и может даже сказать, что лучше сама уйдет, а не он. Пэйс не хотел этого. Он хотел заботиться о ней, хотел, чтобы у нее было все необходимое, но пока мало чего добился.