— Дорогая, проходи. — Шагнул к ней, протягивая руку, и Мэл, не колеблясь, вложила пальцы в его ладонь. — Позволь представить тебя его высочеству.
Он подвел ее к креслу, с которого Сивер так и не соизволил встать — лишь оторвал подбородок от кулака, которым скучающе подпирал щеку, и прошелся по ней заинтересованным взглядом. Задержался на груди, затем на обнаженных плечах и только затем поднялся к глазам — всего лишь смотрел, но будто облапил.
— Ваше высочество, моя супруга, леди Амелия Монтегрейн.
В ход пошла отрепетированная улыбка номер шесть.
Мэл чуть присела, склонив голову.
— Для меня огромная честь познакомиться с вами, ваше высочество.
— И я… рад, — с мурлыкающими нотками в голосе отозвался принц. Локоть от кресла так и не оторвал, однако протянул в направлении Амелии раскрытую ладонь. Амелия вложила в нее свою руку, и Сивер прикоснулся губами к тыльной стороне ее кисти. К счастью, губы у него были сухими, и отпустил он ее довольно быстро, и все же чуть позже, чем следовало по правилам этикета. — Вы прекрасны, — осклабился.
Улыбка номер восемь: «Я польщена». И взгляд в пол.
— Благодарю, ваше высочество.
— Соболезную вашей утрате.
А на этих словах Мэл с трудом удержала правильное выражение лица, пришлось прикусить щеку изнутри — действие, от которого она постепенно начинала отвыкать.
Рука Монтегрейна, лежащая сейчас на ее талии, напряглась. К сожалению, не видя его лица, Амелия не могла понять, реакция ли это на брошенное ему в лицо оскорбление, или же знак ей, чтобы проглотила сказанное и облизнулась.
Мэл повторно склонила голову, на сей раз использовав улыбку тринадцать — скорбную.
— И я — вашей, ваше высочество. Нет ничего страшнее, чем потерять близкого родственника, тем более родного брата.
Ладонь Рэймера на ее боку дернулась, а лицо Сивера заметно вытянулось.
Амелия ответила улыбкой номер четыре — смущенной.
Наследник резко поднялся на ноги.
— Что ж, пожалуй, я узнал все, что хотел.
Уж она надеялась. А еще, что он поделится своими наблюдениями с Гидеоном, и тот удовлетворится тем, что Амелия успешно втерлась к своему мужу в доверие.
Они направились его провожать.
Охрана принца в лице четырех огромных, как горы, детин стояла, вытянувшись по струнке, у парадной двери. И Мэл стало даже любопытно, успели ли те принять должные позы, заслышав шаги в коридоре (а принц очень звонко стучал подбитыми металлическими набойками каблуками) или же не шевелились все время, пока ждали возвращения наследника в холле.
Дрейден оказался тут же. И, судя по криво поставленному у стены стулу, он уж точно не утруждал ноги во время ожидания.
Охрана стояла, глядя прямо перед собой. Крист упер взгляд в носки своих ботинок.
Остановившись уже у самых дверей, принц Сивер повернулся к хозяину дома.
— Рэйм, подумай над моим предложением, — произнес, опасно прищурившись.
— Непременно, — сухо отозвался Монтегрейн.
На лице принца обозначились желваки, а губы сжались крепче.
— Не провожай, — бросил он, отворачиваясь, будто ему и смотреть на Рэймера тошно, шагнул к двери.
Двое охранников тут же выскочили на улицу, а двое задержались, пропуская подопечного, чтобы прикрыть ему в случае опасности спину.
— Крист, — одними губами произнес Монтегрейн, качнув головой в сторону выхода.
Тот понятливо кивнул и поспешил следом за последним вышедшим на улицу стражником.
Стоило мелькающим за окнами теням исчезнуть с крыльца, Рэймер громко выдохнул и притянул Амелию к себе, уткнулся носом ей в висок.
— Все плохо? — осторожно спросила она, даже не подумав отстраняться.
— Угу.
И этот короткий ответ сказал ей больше, чем если бы он разразился длинной эмоциональной тирадой.
Монтегрейн отпустил ее, как только снаружи послышался звук запираемых ворот, шагнул к двери.
— А сейчас я его прибью!
Амелия, не понимая, моргнула, а потом, сообразив, перехватила мужчину за руку.
— Стой! — Он остановился, обернулся, глядя на нее вопросительно. — Если ты выдворишь Джерри с территории дома прямо сейчас, это может вызвать подозрения — за особняком и теми, кто входит и выходит из ворот, наверняка наблюдают, — заговорила быстро. — Если запретишь здесь появляться, это, опять же, нарушит привычный ход вещей и привлечет внимание СБ. Именно этого Гидеон от тебя и ждет — поспешных действий. Не поддавайся… — С каждым ее словом брови Рэймера поднимались все выше. — Что? — она смутилась.
Монтегрейн усмехнулся, покачал головой.
— Гидеону нужно было не шантажировать тебя, а звать к себе на службу. — Амелия удивленно воззрилась на него, а он шутливо поцеловал ее в кончик носа и отошел от двери. — Ты права: никаких необдуманных действий.
Дверь хлопнула, и на пороге показался взъерошенный Дрейден.
— Фу-х, выпроводили! — выдохнул тот и сложился пополам, уперев руки в колени, будто не прошелся до ворот, а бежал за экипажем принца до самого Монна, если не до столицы.
Мэл с Рэймером переглянулись. Монтегрейн иронично изогнул бровь, словно говоря: и это ты-то устал больше всех?
Крист выпрямился и наконец рассмотрел Амелию в ее необычном облике.
