— Я… — признание ей давалось с трудом, было видно, как часто вздымается её грудь. — Ты… не оставил мне выбора, Руслан. Ты стал единственным вариантом на счастье… ты свёл меня с ума! — всплеснув руками, она ненадолго спрятала лицо в ладонях. — Ты был прав, когда говорил, что я приду признаваться тебе в любви… я честно не хотела этого, сопротивлялась до последнего… — раскрыв глаза, передала в них все накопленные чувства. — Но мне без тебя плохо… — её подбородок задрожал и она, поддаваясь порыву, сделала ко мне резкий шаг. — Я не чувствую ничего, кроме тебя… — дотянувшись до моей руки, положила её к себе на грудь. — …вот здесь. — пристально заглянула мне в глаза. — Помнишь, ты говорил, что поймёшь, что человек особенный, по запаху? Мне везде мерещится твой… я задыхаюсь, когда ты далеко… я устала убегать… — не знаю, что отразилось в моём взгляде, но Мира настоятельно добавила. — Я люблю тебя, Руслан, и хочу быть только с тобой! Я сейчас же отменю свадьбу и расстанусь с Федей… я… — мягко обхватив мою шею, подтянула к себе и горячо прошептала. — …я хочу быть счастлива! С тобой! Слышишь? Только с тобой!! Хочу прожить всю свою жизнь с тобой!
Её поцелуи были такими искренними, прикосновения такими желанными, а слова такими долгожданными… это могло быть апогеем и моего счастья тоже…
Но судьба, если она существует, распорядилась иначе.
— О какой жизни ты говоришь? — не узнал свой голос. Это точно чужой. Кто-то другой говорит, не я.
— О нашей жизни! Ты и я! — делая глубокие вдохи от волнения, Мира прикоснулась губами к моим глазам и начала быстро-быстро оставлять нежные поцелуи.
Пусть меня громом поразит, лишь бы это не чувствовать.
— Нет никаких «ты и я». — отвернул лицо и скинул с себя её руки. — Заигралась ты, девочка, чушь начала нести.
Она не поняла. Совсем не поняла. Улыбнулась как-то шутливо. Подумала, что я прикалываюсь.
Усмехнувшись, снова потянулась ко мне, но я отступил. Демонстративно подальше.
— Руслан? — проскользнула тень в её взгляде.
— Ты же не настолько тупа, Мир, чтобы поверить.
Больно.
Нестерпимо больно, но я терпел. Умирал, но терпел.
— Поверить во что? — от напряжения на её шее запульсировала жилка.
Медленно, но верно, до неё стала доходить суть.
— Что я правда в тебя влюбился. — произнёс я сухо через сжатые до боли зубы. — Ты серьёзно думала, что мы станем парой?
Чтоб я сдох и никогда не вспоминал этот момент. Жизнь разлеталась на куски. Я видел это в её глазах. Огонь, что грел меня всё это время, затухал от накапливающихся слёз.
Мой маленький воин. Она даже сейчас держалась и не давала себе пасть духом.
Цеплялась за надежды. Не верила.
— Да, серьёзно думала… — через неровное дыхание.
— Значит, ты дура. — осмотрел её с ног до головы. — Как можно было поверить, что ты для меня что-то значишь?
Моя девочка. Как пойманная в клетку птичка, сжалась в комок и хватала ртом воздух. Хрупкая и такая испуганная.
— Я развлекался с тобой, Мира. — сердце сжалось ледяными тисками. — Поиграл с малолеткой. Захотел отомстить придурку брату… поиметь целку до него! Вот и всё! — её затрясло, по щекам покатились слёзы. — Что ты так смотришь? Хочешь сказать, не хотела, чтобы я раскатал тебя, а? Утром стонала, просила ещё!
Гореть мне в аду за это…
За оскорбление и очернение любимой женщины. Ниже этого ничего нет.
Мой ангел даже ответить мне ничего не могла, так была шокирована. Пришла сказать о своих чувствах, а её втоптали в грязь.
И кто? Я…
Я, чёрт возьми!!! Тот, кто готов носить её на руках просто за то, что она есть. Мою чистую, совсем юную малышку!
— Поиграли и хватит! Не думал, что у вас до свадьбы дойдёт… — сглотнув ком в горле, уставился на неё невидящим взглядом.
Не хочу запоминать её такой. Не хочу жить с образом разбитой веснушки.
— Всё-таки он мой брат… и ты в семью нашу войдёшь… не хочу проблем! Хотя, признаться честно, я был бы не против тройничка… заполучила бы двух братьев сразу… как тебе такое, а?
Ну же! Ударь меня! Облегчи страдания! Что ты стоишь и смотришь? Прекрати так бесшумно плакать! Взорвись! Вмажь мне! Не позволяй так с собой обращаться!
— Да не реви ты! Будет тебе счастье, чего ты, ну? — выдал я издевательским тоном.
— Я тебе не верю… — вдруг прошептала осипшим голосом Мира. — У тебя сердце билось… по-настоящему… рядом со мной…
— Да у меня во всех местах билось, дура! Трахнуть я тебя хотел, еле сдерживался…
— А когда с башни прыгали? Тоже всё ради этого, хочешь сказать?
Чтобы скрыть нервозность, я рассмеялся.
Громко и глумливо.
— Что только ни сделаешь ради того, чтобы засадить очередной сучке!
Она содрогнулась. На лице застыл неподдельный ужас. Попятившись назад, девчонка натолкнулась на подоконник и моё сердце остановилось.
Потерял. Навсегда потерял свою Миру.
Ради брата. Чтобы жил он, я убил себя.
А вместе с собой потащил на дно и чувства невинной девочки. Первые и самые сильные. Предназначенные мне…
— Не советую трепаться! — оставался я на месте, хоть и руки сводило, как хотелось обнять её. — Лицемерных тварей не прощают…
С беспокойством наблюдал, как Мира вдруг скривила губы и медленно закивала.
