…Ярослав Денисов, сын знаменитого в прошлом артиста Мстислава Денисова, пришел на прием к Марине в воскресенье, зная, что она принимает в основном в выходные дни, в другое время будучи занятой на госслужбе. Увидев его на пороге кабинета, Марина обрадовалась: ее приятель с детсадовских и школьных времен не часто баловал ее общением, будучи весьма занятым человеком, известным продюсером. Сперва она подумала даже, что он просто явился поговорить о том о сем, как водилось межу ними даже в годы студенчества, уже после того, как Ярослав женился на очаровательной Жанне. Но, всмотревшись в лицо Ярослава, она поняла, что поводом для визита послужило что-то серьезное. Поэтому Марина не выказала понятной радости при встрече с другом, а просто спросила, указывая Ярославу на кресло:
— Яр, проблемы?
— Да, Машка…
Он всю сознательную жизнь называл ее именно Машкой, и ей это в свое время безумно нравилось. В свою очередь она всегда звала его Яр, от чего он тоже «балдел». Причину того, что они не поженились, прекрасно выразил Михаил Львовский в своей повести «В моей смерти прошу винить Клаву К.», по которой потом был снят фильм. Дело в том, что Денисов всегда и все делал за Машку, а она, повзрослев, сама захотела стать кем-то… И стала. Это признал и Ярослав, парень умный, сильный, настоящий сын своего отца, умершего в тот год, когда Марина получила диплом и отказала Яру, пришедшему к ней с огромным букетом цветов и предложившему ей выйти за него замуж.
— Нет, Яр, — сказала она тогда. — Я не хочу быть твоим придатком. Ты слишком мощный мужик, а я — слишком слабая женщина, чтобы при тебе быть кем-то, кроме жены. Прости, родной. Давай останемся только друзьями.
— И это после всего, что было? — попытался возразить Ярослав. — У тебя же никого нет…
— Да.
Ярослав закрыл глаза, помолчал, потом поднял веки с ресницами, которыми восхищались все невесты Москвы, и сказал:
— Что ж. Переубеждать тебя не буду. И «винить в моей смерти Машку» тоже не буду. И прыгать с обрыва… Зачем? Маш, мы были бы такой парой, которой завидовал бы весь свет.
— Высший свет? — сыронизировала Марина.
— Свет, — повторил Ярослав. И ушел, три года в поле зрения Марины так и не появившись.
И вот теперь он пришел. И Марина была рада, хотя и поняла, что он пришел за помощью. Она почувствовала, что, кроме как к ней, он ни к кому прийти не мог.
…Марина встала из-за стола, подошла к Ярославу и обняла его, погладила по иссиня-черным волосам, отступила на шаг.
— Что случилось, Яр?
Ярослав судорожно сглотнул, потом расслабился и посмотрел снизу вверх на Марину.
— Машка. У меня дочка, — сказал он с непередаваемым выражением. — Только что родилась. А Жанна не хочет ее кормить. Она сошла с ума.
Марина опустилась в соседнее кресло и взяла Ярослава за руку.
— Девочке ничего не грозит? — спросила она спокойно.
— Да нет… Она у бабушки, там нянька, куча докторов… Маш, помоги мне!
— У Жанны нет молока?
— Да в том-то и дело, что есть, и более чем достаточно! — взорвался Ярослав. — Сцеживают у нее молоко! Она просто отказалась ее кормить, и все. По-моему, после родов она сошла с ума…
Марина кивнула. Этот диагноз она знала, болезнь, сопровождавшаяся отказом от кормления, была практически неизлечима. Это был один из видов шизофрении, которая, как известно, не лечится, а только купируется лекарственными препаратами, да и то не всегда.
Невольно Марина вспомнила, как ее дальняя родственница, сотрудница Московского зоопарка, забрала из клетки родившей малышей пумы котенка, выкормила его… Из соображений безопасности пятнистого котенка пришлось вернуть в зоопарк, и его продали куда-то за границу.
— Яр, ты хочешь, чтобы я поговорила с ней? — спросила Марина.
В глазах Ярослава была такая тоска, что Марина уже собралась снова обнять его, но Ярослав сказал:
— Не надо, Машка. Я ведь знаю, что ей помочь практически невозможно. Слава богу, что у меня есть возможности спасти доченьку. Не обижайся…
Марина улыбнулась.
— Дурачок, я все сделаю, чтобы помочь твоей жене. И дочке, конечно. Кормить она ее не будет, это ты и сам знаешь, но малышку выкормят. Теперь тебя нужно из омута вытащить.
— Так вытащи… — Ярослав поднял голову и пустыми глазами уставился на Марину. — Маш, мне хреново.
— Я знаю. Давай-ка мы сегодня пойдем в один кабачок, посидим… А то что это — в кабинете врача сидеть? Я помогу тебе. И ей. Даст Бог…
— А твой… друг не будет ревновать? — спросил Ярослав, зная о том, что Марина считается любовницей Матвея Хвостова. — Он, как мне говорили, человек принципиальный…
— Он никогда не вмешивается в мои личные дела, — спокойно ответила Марина. — Тем более что у меня и личных дел-то нет. Приглашение в ресторан для меня — только способ успокоить клиента. — И, увидев, что Ярослав напрягся, — уточнила: — А в этом случае и друга.
