К счастью, Он шёл просто напролом. Не счесть промежутков упадка Веры, когда и через многие годы после начала Записи Йоги Ему казалось, что всё это является просто обманом, мистификацией, что Его ведёт вовсе не Ишвара, что скрипт давно представляет из себя копилку невыполненных обещаний, бесконечно откладываемых, но оправдываемых каждый раз той или иной причиной, что Мастер Йоги или некая Сила просто использует Его для достижения своих целей и т.д. Но всё же что-то вело вперёд, и каждый раз в Записи Йоги после такого провала мы встречаем новое Солнце. Были и более длительные остановки и перерывы, представляющие из себя сплошные недели и месяцы сопротивления, обострения болезней, вторжения асиддхи. Всё это было преодолено с тем же упорством. Самыми сложными препятствиями для Веры были трудности или отсутствие обеспечения в ранние годы (что было преодолено после создания Ашрама) и полное отсутствие крити - части Кармы, которая находит своё выражение в политической жизни. Обе эти вещи касаются объективной жизни, и как раз в объективной реализации Ему было частично отказано, что стало дополнительной трудностью. Поэтому для внешнего мира Он выглядит как духовный Учитель, и это стало камнем преткновения при попытках понимания Его Йоги больше, чем что-либо другое. Точнее было бы считать Его духовно-материальным Учителем, или Учителем полноты. Или просто - Действующим. 

Неверие в крити было наиболее сильным. Сам Шри Ауробиндо в Записи Йоги объяснял своё неверие (не только в крити, а во многие сиддхи в разной степени) многочисленными разочарованиями в прошлом, когда скрипт вызывал повышенный энтузиазм, но не приводил к желаемому результату, либо ни к какому результату. Нежелание вновь оказаться введённым в заблуждение - основная причина неверия и сильного скептицизма по отношению к Себе. Таким образом, этот туман многочисленных искажений подлинной ведущей Его Истины всё же оказал своё разрушительное влияние. И Его словам в письмах в 20-е годы о выходе из уединения и возвращении в политическую жизнь не суждено было сбыться.

7.

Это происходило на фоне возрастания роли субъективности в Его реализации. Если вначале субъективные сиддхи имели небольшое значение, то постепенно их роль возрастала, и в конце Дневников мы можем наблюдать практически одну лишь субъективность, которая приобрела решающее внешнее значение. Это означает, что Ему достаточно было помыслить любую фантазию, если бы она взбрела Ему в голову (на самом деле не любую, нужно не забывать, что речь идёт об абсолютной сдаче и полном отсутствии самого Шри Ауробиндо как человека и даже как самостоятельного существа), и это было бы стопроцентно реализовано во внешнем мире - Его Субъективность включала в себя всю полную объективность мира Земли и, кто знает, может быть, и Вселенной. В этом ключ - объективность требовалась лишь на начальном этапе, это была своего рода сверка с сознаниями окружающих Его людей: видят ли они то же, что и Он. Далее сверка уже не требовалась, тем более что и в ранние годы Он быстро убеждался, что субъективность чуть позже обязательно объективизируется в большей или меньшей степени - это основа того, что Он позже назвал Т (Т3 и Т2) - соединения в единое целое трикалдришти (видения трёх времён, преимущественно будущего, которое могло быть телепатическим (т.е. по мыслям людей) или непосредственным прямым восприятием), самой телепатии и тапаса, либо то же, но исключая телепатию (субъективность!), и таким образом, не пользуясь обратной связью и не получая искажения своей воли внешними влияниями, Он мог творить уже сказочный мир, любое воображение любого уровня абсолютно беспрепятственно. Это аббревиатуры возрастающего по степени (в противоположность математическим степеням) единства воли и знания - сначала Т3, нуждающегося в узнавании человеческого содержания событий посредством телепатии, далее Т2, всё более исходящего из прямого восприятия трёх времён (это не фантастика, трикалдришти, пожалуй, наиболее часто встречающееся слово в Дневниках), и в конце Т, выражающего полное единство Знания и Воли на супраментальном уровне. 

Перейти на страницу:

Похожие книги