— Не трогай её, Слава, я сам попытаюсь с ней поговорить! Она должна всё понять! — требовательно произнёс Андрей, когда Слава подошёл к нам со шприцом в руке.
— Я НИЧЕГО НЕ ПОЙМУ! ПУСТЬ ДИМА ЗДЕСЬ ПОЯВИТСЯ!
— Слава, оставь нас! — приказал Андрей, крепко меня держа.
Слава исчез, и Андрей, взяв меня за голову, произнёс:
— Дима не появится…
— ЗНАЧИТ, Я УМРУ ЗДЕСЬ, И ОН ЭТО УВИДИТ! — кричала на Андрея, всеми силами пытаясь вырваться.
Он не обращал внимания на мои удары руками и всячески пытался на меня повлиять.
— Тогда сейчас отправим Калеба в Балтику, а сами останемся здесь помирать…
— Да ни за что! — перебил Андрея Калеб, встав рядом с нами. — Я не бросаю друзей!
— Лида…
— ОТПУСТИ! — безудержно рыдая, перебила Андрея, после чего, не рассчитав, ударила его по лицу, а потом, увидев кровь на его губе, опустила руки и закрыла глаза. — Уходите! — чувствуя, что ослабла, прошептала я.
— Твой брат, его друг с девушкой, наши ребята, Влад Дроздов, руководство университета — все под внушением! — продолжая меня держать, сказал Андрей. — Ладно, это для тебя пустяк. Но твоя мама, Лида, не под внушением! Софья с ней по скайпу в твоём обличии разговаривала! Последний раз она это делала в воскресенье, и твоя мама уже настойчиво сказала, что ждёт твоего возвращения, — он остановился и, вытирая моё лицо, отслонил от дерева и крепко обнял. — Я был у твоей мамы несколько раз, и в последний она заплакала… Думаю, тебе не нужно говорить причину, по которой это произошло, — Андрей вздохнул. — Ты у неё единственная дочь, и месяц она прожила в одиночестве, не говоря по видеосвязи о том, как ей без тебя тяжело, потому что с пониманием отнеслась к вранью, которое пришлось сочинить, дабы не внушать ей. Но вот в воскресенье она уже не сдержалась, потому что очень по тебе соскучилась! — он взял меня за голову и прислонился своим лбом к моему горячему.
Я перестала вырываться, но не громко рыдать. Мне было настолько плохо и хотелось просто упасть и сравняться с землёй.
— Вчера ей сообщили о твоём приезде, и она прямо ожила! Лида, твоя мама не сможет жить без тебя, — ты всё для неё! Она с утра до вечера пять дней в неделю работает, чтобы ты ни в чём не нуждалась, она там что-то тебе купила из одежды и к твоему возвращению приготовит твоё любимое блюдо. Она от работы на день отпросилась, только чтобы дочь родную встретить и порадовать. За весь месяц твоя мама только пару раз на выходных ездила к Мите… Кстати, до Нового года вы сможете его усыновить! У ребёнка появится семья, о которой он так сильно мечтает…
— Андрей… — жалобно произнесла я, не в силах больше его слушать.
— Дослушай, — вытирая моё лицо, на котором и сантиметра сухой кожи не осталось, сказал он. — Ты подумай, как твоя мама без единственной дочери жить будет? Не будет она жить! Тогда и Митя останется в детдоме, а он несказанно счастлив, что в семье, которая его усыновит, есть ты! Твой дедушка не раз звонил на домашний и спрашивал про тебя. Он уже даже думает приобрести сотовый, чтобы лично тебе звонить. По словам твоей мамы, дедушка тебя больше всех любит! Лида, подумай о них! Тебе есть для кого жить! — Андрей тяжело вздохнул.
Со стороны спины меня обнял Калеб и взял за дрожащую руку.
— Ещё есть София, и она очень по тебе скучает. Вы с ней с самого детства дружите, и для неё ты — лучшая подруга и сестра! Она даже не раз говорила, что если ты не вернёшься в Балтику, то она найдёт способ попасть в Москву-Д. Понимаешь, она готова всё бросить, чтобы увидеться с тобой! Это говорит о многом, Лида… — Калеб остановился и вложил мне в руку маленькую фотографию, на которой были мы с Софией.
— А ещё у тебя есть Андрей, я… Мы тебя не бросим! — продолжил Калеб, и я, обливаясь самыми горькими слезами, прижалась к Андрею, и тогда наступило молчание.
Моё рыдание, казалось, вполне могло бы разбудить медведя, который ушёл в спячку. Я никогда в жизни ещё не плакала так сильно, как сейчас. Сколько мы так простояли, я не знаю, но за это время я поняла, что обязана вернуться домой ради дорогих людей. Я не хочу жить, но буду ради них, не ради себя.
— Я… вернусь в Балтику, — еле как сказала эти три слова, и Андрей с Калебом немного расслабились.
Не желая больше стоять в лесу, сделала глубокий вздох и, собрав в кулак все свои силы, попросила их пойти к машине. Из леса вышла под руку с Андреем, и когда уже он открыл передо мной дверцу автомобиля, я, не выдержав, отпустила его и немного отошла в сторону.
