На прощанье он просто поцеловал меня в лоб, как ребёнка. Словно не хотел обидеть, но и продолжить начатое на пляже не мог. Всматриваюсь в его лицо, но мне трудно сейчас понять и разгадать эмоции Аслана.
Дома мне хотелось напиться. Я открыла вино, которое подарил Аслан собственного производства. Отпила прямо из бутылки, оно оказалось слишком вкусным, чтобы просто глотать ради того, чтобы забыться. Такое вино смакуют, наслаждаются каждым глотком, тем более Аслан приложил к его созданию свои руки. Но это единственно, что поможет мне успокоиться.
На что я рассчитывала? С ним всё оказалось предельно ясно. Он непохож на принца, а скорее на того, кто разбивает сердца.
Чем больше я узнавала Аслана, тем больше привязывалась к нему. Сердце подсказывало, что он верный выбор, тот кто мне нужен, но логика кричала бежать от него подальше. Ничем хорошим наши отношения не закончатся.
После пары глотков вина происходящие обретает реальность, оно становится настоящим. Растерянность переходит в злость и перерастает в чувство обиды, которое засело, где — то в области груди.
Хочется позвонить, но остатки собственного достоинства не дают набрать его номер. Теперь случайная случайность кажется вредностью и подставой. Встретить человека, без которого чувствуешь себя несчастной так себе перспектива.
Сейчас понимаю, что ни один человек не может быть идеальным, даже Аслан. У него, как и у всех есть слабости. Возможно, к лучшему увидеть это сейчас. И лучше не очаровываться в людях, чтобы потом не разочароваться. Только проще сказать, чем сделать.
На глазах появляются слёзы, но я сдерживаю себя, чтобы не провалиться в бесконечное само сожаление.
В комнате душно, понимаю, что не усну, буду ворочаться от беспокойства.
Беру телефон, полотенце, спускаюсь на первый этаж. Хорошо, что Эсма спит. Тихо открываю ворота и направляюсь в сторону моря, желая там обрести покой или хотя бы прохладу.
Есения
Утро выдалось пасмурным, как и моё настроение. Тучки заполонили не только небо, но и сердце.
— Пойдём пить чай, хачапур готов, — кричит Эсма.
Мне не очень хотелось выходить из комнаты, похмелье давало о себе знать, но ради хачапура я готова отказаться от одиночества, тем более чем больше оставалась одна, тем больше погружалась в мрачные мысли и уходила в себя. Эсма прекрасно замечало мою тревогу и беспокойство. Попить чай это только повод пообщаться и помочь мне через разговоры.
— Такими темпами я поправлюсь на несколько килограмм, если есть вашу выпечку каждое утро.
— Ничего страшного, худеть будешь дома. Ешь давай, — отдала приказ Эсма, разливая терпкий кофе в крохотные чашечки.
— Что у вас случилось?
Я в недоумении смотрю на неё.
— С Асланом. Не слепая сразу заметила, как он на тебя смотрит. Только мне непонятно, он просто так уехал или вы поссорились?
— Возможно, он что — то ожидал от меня, но у меня уже есть парень, говорю ложь специально для неё, не хочу рассказывать о вчерашнем вечере, тем более я сама не до конца понимаю что между нами.
— Твой парень странный, зачем отпустил одну?
— У нас проблемы в отношениях. Он сделал мне предложение, а я не могу согласиться.
— И почему?
— Не понимаю, какие чувства к нему испытываю.
Эсма выдохнула.
— Что тут понимать? Ты его или любишь или нет. Но Аслану я сказала не обижать тебя. В ответ он пообещал относиться к тебе с уважением. Аслан — хороший парень.
И красивый, и обаятельный, и интересный, и ещё куча эпитетов о том, какой он прекрасный, — подумала про себя.
— Вспыльчивый, конечно. Не всегда может контролировать эмоции. Он и брат через многое прошли. Аслан вырос на моих глазах, поэтому видела, как менялась его судьба.
— Он для меня загадка, — перебиваю я.
— Это потому, что ты не понимаешь менталитет. Не всё так просто как кажется.
— Расскажите о нём побольше, — меня разбирает любопытство, хочется послушать историю Аслана, но спрашивать стесняюсь. Так и сижу, пью чай, жую хачапур в надежде понять этого горца.
— Война и смерть отца сильно повлияли на него. Семье, как и многим, пришлось выживать. Порой в доме не было еды по несколько дней. Каждый вертелся как мог. Иногда спасала гуманитарная помощь или родственники из деревень передавали немного продуктов. Помню, в тот год выросло много кукурузы. Собирали её и пропускали через мясорубку и пекли лепёшки, вместо хлеба.
Прикидываю в голове сколько ему было лет, всего лишь четыре года. Совсем кроха, но достаточно большой, чтобы многое запомнить.
— Отца Аслана призвали на фронт, он не стал отсиживаться и пошёл защищать родную землю. А потом погиб при освобождении Сухума.
— Его семья находилась в Гудауте на протяжении войны?
— Мать смогла увезти детей в Москву, но там что — то не заладилось и сразу после войны они вернулись. Но даже после окончания войны жить стало не легче. Страна оказалась в полной блокаде, хлеба по — прежнему не хватало, постоянные очереди, электричество и воду отключали. Дом тоже разваливался, потому что молодой женщине следить за ним тяжело.
Я слушала и погружалась в печаль. Мне никогда не понять через что здесь пришлось пройти людям.
