Джев присел на диван. Осторожно расстегнул рубашку. Это было для меня неожиданно, но я интуитивно чувствовала, что надо просто набраться терпения. Уперевшись локтями в колени, Джев нагнул голову и стянул рубашку. Мускулы на его спине застыли. На какое-то мгновение он показался мне похожим на Фаэтона с картины, каждое сухожилие, каждая мышца были словно тщательно выписаны кистью умелого художника. Я сделала шаг, потом второй, подойдя к нему ближе.
В мерцающем свете свечей я увидела такое, от чего у меня перехватило дыхание и заныло в животе: два ужасных шрама, две полосы разорванной кожи уродовали его безупречную спину. Раны были еще свежими и ярко-красными. Даже представить было страшно, какую боль ему пришлось вынести. И я не могла даже вообразить, что могло послужить причиной возникновения таких ужасных рубцов.
– Коснись их, – произнес Джев, глядя на меня своими непроницаемыми черными глазами, в которых сейчас отчетливо было видно волнение. – Сконцентрируйся на том, что хочешь узнать.
– Но… я… я не понимаю.
– Тогда ночью, когда я увез тебя из супермаркета, ты разорвала мне рубашку и случайно дотронулась до шрамов от крыльев. Ты видела одно из моих воспоминаний.
Я ошарашенно моргнула. Значит, это была не галлюцинация? Хэнк, Джев, девушка в клетке – это все было на самом деле? В его воспоминаниях?
Все сомнения, которые у меня еще оставались, моментально улетучились. Шрамы от крыльев. Ну конечно. Он же падший ангел. И хотя я не имела понятия, как все это работает в целом, но понимала, что, коснувшись его шрамов, можно было увидеть то, чего больше никто не мог видеть и знать. Кроме него самого. Наконец-то я получила то, чего так страстно желала: окно в прошлое. И внезапно почувствовала страх.
– Я должен тебя предупредить: если в воспоминании, в которое ты попадешь, будешь ты сама, могут возникнуть сложности, – заговорил Джев. – Ты можешь увидеть своего двойника. И тогда тебе придется наблюдать за событиями в качестве невидимого участника. Но есть и другая возможность: ты можешь попасть в свою собственную версию воспоминания. То есть ты будешь переживать мои воспоминания со своей точки зрения. В этом случае двойника ты не увидишь и будешь единственной версией себя в этом воспоминании. Оба варианта возможны, но первый бывает чаще.
У меня дрожали руки.
– Мне страшно.
– Я даю тебе пять минут. И если ты не вернешься сама, я сниму твою руку со шрамов. Это разорвет связь.
Я закусила губу.
– Мне нужно полчаса, – твердо сказала я Джеву.
Потом я постаралась очистить сознание, привести в порядок беспорядочно скачущие мысли. Я не должна понимать все сразу. Мне нужно только сделать один решительный шаг. Я протянула руку, но не донесла ее до цели, зажмурилась, собираясь с силами. И была очень благодарна, когда Джев накрыл мою руку своей и помог мне проделать этот путь до конца.
Глава 20
Первой моей мыслью было: «Меня чем-то придавило». Даже не так. Я заперта, замурована
А моя вторая мысль была:
Патч меня целовал. И эти поцелуи пугали меня гораздо больше, чем тело-призрак и его непреодолимая власть надо мной. Его губы… везде… Дождь, теплый и сладкий. Где-то вдали гремит гром. И его тело, от которого идет невыносимый жар, так близко ко мне, так невыносимо близко ко мне.
Потрясенная и обессиленная, я цеплялась за это воспоминание, мысленно умоляя неведомо кого, чтобы меня выпустили.
И вот я задыхаюсь, ловя воздух ртом, словно после долгого пребывания под водой, и открываю глаза.
– Что? – Джев заботливо взял меня за плечи, когда я без сил рухнула на него.
Мы снова были в его студии, на стенах все так же мерцали свечи. Я испытала невероятное облегчение от того, что вернулась в реальность. Чувствовать себя пленницей в теле, которым не можешь управлять, – мне показалось это ужасным.
– Твое воспоминание было обо мне, – я никак не могла начать дышать нормально. – Но двойника не было. Я была как бы заперта внутри своего тела, но не могла его контролировать. Не могла управлять им. И это было… жутко.
– Что ты видела? – спросил он.
Он был так напряжен, что его тело казалось каменным. Один удар в нужном месте – и он вполне может рассыпаться на мелкие кусочки.