Прометей обернулся, в его сторону уже стремилось вытянутое лезвие Змееносца. Ятаган отбил удар, но за ним последовал второй. Карасу совершал атаки с расстояния в пять метров, и все они были на редкость точны, устремлены в щеку. Клинки звенели раз за разом, и раз за разом Прометей уступал позиции. Одновременно с этим, Маршалл без труда теснил в дуэли Атланта, нанося ему небольшие порезы. Вокруг противника образовывалось облако дыма всё гуще и гуще. Палач остановился, сжал левый кулак. Дым сменил форму, резко уплотнившись. Дюжина столбов из дыма сковали гиганта. Применив своё Ки, Атлант давлением ослабил дым. Гигант вырвался. Он сразу устремился к Карасу, теснящему Прометея. Демон моментально отреагировал, сделал широкий замах в сторону титана, сковав его ноги, руки и шею пластинчатыми лезвиями меча. Одно движение, и от Атланта остались лишь разбросанные по всему залу конечности. Но это отвлечение стоило много. В то же мгновение грудь Карасу пронзило лезвие ятагана. Моментально адаптировавшись, демон вонзил клинок в живот, также ранив врага в печень. Пластины разъединились и поразили все внутренние органы Прометея, но тот успел последним движением сместить ятаган, повредив сердце. Оба упали замертво, тело Карасу осыпалось. Маршалл не смог отреагировать, был слишком вымотан, а действия произошли едва ли не мгновенно, на чистых рефлексах. Он уже захотел отдохнуть, но почуял запах последнего выжившего стражника. Зарядив ноги «Вару», ведьмак отправился на выход из замка.
Тот стражник бежал в ближайший кабак. Он рассказал о том, что прибыли мародёры и разбойники и убили великого героя Прометея, защищавшего город от проклятых демонами, которые самовозгорались. Дверь кабака выломил Маршалл. Он смотрел на стражника безжизненными глазами, глазами хищника, полными презрения. Палач совершил рывок, пригвоздив своей ногой противника к барной стойке. Быстро выхватив ножик у врага, он резким движением пронзил им руку стражника. Лезвие полностью скрылось. Рука была прибита к стойке, будто гвоздь. Все посетители корчмы наставили на него мечи, сабли и мушкеты. И все они бранили его и сотрясали воздух, обвиняя в убийстве. Из бирюзового дыма появился Бальмонд с коробом.
— Друзья, друзья, друзья, всё в порядке. В этом коробе все доказательства против Прометея. За все случаи самовозгорания ответственен только он, — торопясь объяснял юноша.
Бармен посмотрел бумаги из короба, письма к Тарту. Прочитав некоторые, он отмахнул людям, чтобы те опустили оружия. Маршалл присел огрел оплеухой вопящего стражника, вырубил его, присел на табурет рядом.
— Что вы ждёте? Он вам товарищ, так налейте же ему! — потребовал Бальмонд.
Так закончилась история города Оак- Рэнджа. Маршалл с Бальмондом разошлись на доброй ноте, похоронив Карасу. Юноша отправился в Суонси на написание своей новой книги, пытался совершенствоваться в своём Ки. Маршаллу предстоял долгий путь обратно. Пересекая через стену в Дикие Земли, он отчитался перед Вальтером. Лишь вернувшись в Вэслот, Маршалл понял случившееся. Он убил человека. Пройдя домой, палач яростно скинул маску с лица.
— Что случилось? — спросила сонная Хейли, пришедшая из комнаты.
— Оставайся на месте! — крикнул Маршалл, пытаясь задушиться в диване.
Эльфийка прикоснулась к стене, та покрылась фиолетовым полем.
— Говори, что произошло? — обеспокоенно спросила она.
— Я убил человека, — простонал ведьмак.
— Уверен? Быть такого не может. Что именно случилось?
— Человек был в опасности, я действовал резко, почти что на рефлексах. Блич. Он появился в руке и я. Я не знаю, — обеспокоенно, запутавшись, мямлил Маршалл, смотря с ужасом на маску палача. — У меня ощущение, что маска заставила меня это сделать, — бредил и искал оправдание Марш.
Эльфийка подошла к нему, взяла подушку и треснула по голове.
— А теперь, смотри в глаза и слушай внимательно, — властно отрезала Хейли. — Во- Первых, я знаю, как работают великие оружия и Блич в частности. То, что ты был им избран, по определению значит, что человека ты не убьёшь. Тот случай, про который ты говоришь. Если он умер, значит, он был чудовищем, чья плоть способна пострадать от клинка. Соберись и мысли трезво, а не накручивая и паникуя, — успокаивала она, приобняв за шею. — Если ты так беспокоишься за то, что станешь монстром из- За этой маски, то на каждое чудовище найдётся бич. Я тут, помогу.
Палач смиренно кивнул. К Маршаллу пришло умиротворение, легкое успокоение. Едва паника отпустила, он сразу упал на диван без сознания.
