Ответа не последовало. Капитан же залился ехидной улыбкой, когда понял, что противник отдалился. Поскольку дистанционное Торио Люцифера было не сильно полезно вблизи, то такой вариант его устраивал. Он сразу же выдвинул правую руку вперёд, скрестив указательный и средний пальцы. В этот же момент, откинув левую руку влево, надавив большим пальцем безымянный и направив его ровно вниз. Генрих уже хотел атаковать. Он соединил пальцы двух рук между собой, практически сложив ладони, но вдруг поток «Хогу» обездвижил его правую часть тела. Уайт увидел приближающееся «Вару», бегло он применил своё «Хогу» на левой половине тела, прямо перед столкновением. Накидка порвалась, а рукав был уничтожен. На всех частях руки выше кисти были многочисленные глубокие раны и ссадины. Но проклятие Генриха, выступавшее в роли катализатора, позволило совершить нападение, несмотря на израненную конечность. Люцифера по всем сторонам окружила ледяная гробница. Температура стремительно снижалась. Он увидел, как лёд сковывал его ступни. В этот же момент, с потолка гробницы устремились множественные сосульки, направленные во врага Генриха. Капитанская сноровка и опыт дали своё. Сердце забилось сильнее. Соединив указательные и средние пальцы обеих рук, Люцифер направил одну на ступни, а другую на сосульки. Бушующий шторм «Вару» обуял всё вокруг в радиусе нескольких метров. Гробница, вместе с сосульками, была разрушена, осыпалась на кусочки.
Возраст следовал сразу за сноровкой и опытом. Капитан расслабился, сердце остановилось на секунду. Когда он пришёл в себя, огромная глыба заледеневшей влаги стремилась в его сторону. Времени не оставалось. Секунда, и Люцифер был скован льдом полностью.
— Ну и каково оно? — спросил капитан с довольным лицом.
— Почему в такой ситуации твоя морда всё ещё весёлая? — недоумевал Генрих.
— Потому что всё идёт по плану. Ну, так каково сгорать изнутри от мести? Это кровавая игра, и продолжаться она будет до последнего.
— Старческий маразм мучает? — издевался Уайт.
— Понимаешь, посвящу тебя в план. В моём ордене одни дебилы, а единственный человек, годящийся в преемники, не имеет достаточной мотивации и всё время отказывается от титула, — кряхтел холодеющий Люцифер. — Месть блюдо довольно холодное, но знаешь, что это означает? Возможно, это говорит о лени мстящего, но я предпочитаю считать, что этот самый мстящий никогда не успевает на еду. Он всегда занят своей местью, одержим ею, забывая о себе, других, нормальной жиз… — капитан не успел договорить, из- За осколка льда из руки Генриха, пронзившего сердце.
Грех лени сорвал с его шеи медальон капитана Чёрной лисицы, развернулся и пошёл в сторону выхода из города, похрамывая. Прошло сорок минут медлительных шажков, и Уайт пересёк границу столицы Ококу. Сразу же он увидел знакомый силуэт.
— Уин? Что ты тут забыл? — недоумевал Генрих.
— Они мертвы. Все твари до единого. Все истреблены, все предатели, без исключений. Каждый, кто пошёл против ордена во время сопровождения гражданских, погиб от куронитовой пули, — гневно говорил Уин, заметив медальон.
— А вы с ним похожи. Любители устраивать массовые бойни.
Генрих резко вспомнил последние слова Люцифера. Он подкинул медальон врагу, следом раскинув обе руки по разные стороны.
— Давай же, меня больше ничего не держит в этом мире! — крикнул Уайт.
Сию же секунду пуля пронзила тело Греха лени. Медленно, со слезами на глазах Честер поднял медальон, нацепил себе на шею. Он прекрасно понимал, что Люцифер намерено поддавался, чтобы наконец заставить его сесть в кресло капитана. Ведьмак сел на траву в позу лотоса, потом откинулся назад и лёг, уставши после бойни против почти всего ордена Чёрной лисицы.
Солнце подходило к зениту. Шадо стремительно мчался в сторону Нара. Через около полтора часа, он вышел навстречу армии, посланной в этот город. Он пробрался вглубь войск, попытавшись смешаться с основной толпой. Едва Шадо вступил в тень от людей, так сразу растворился в ней. Спустя несколько минут, они подошли в город, скрытый за высокой стеной. На верху виднелся силуэт, свесивший ноги с края. По виду тридцатилетний мужчина спрыгнул, уловив на себе взгляд армии. Его внешность стала различима. Короткие рыжие волосы, сплетённые многочисленные косички и торчащие по всей голове, алые глаза, выпирающий правый клык, значительный шрам на левой щеке. Сам мужчина, похоже, был среднего телосложения, одет в красно- Жёлтые ведьмачьи одеяния с символом лорда Бурого кота. На руках были начерчены две руны Ансуз, посверкивающие на солнце.
— Ребята, вы не похожи на отставших беженцев! — нагло крикнул падающий мужчина.
