Или, может быть, я знал, но не хотел произносить вслух.
Кэт глубоко вдохнула.
— Что ты собираешься со мной делать?
Я поднял взгляд.
— Что я с тобой собираюсь делать?
— Я знаю, кто ты есть на самом деле, и это создает риск для каждого. Ты можешь… просто испепелить меня или Бог знает что еще.
Я не мог поверить, что она только что это сказала. Знаю я вел себя, как придурок с ней, но не до такой же степени. Она должна была почувствовать, что между нами есть что-то большее. Она не чувствовала? Возможно, нет. Может быть, я был так хорош в своей способности быть мудаком, как Кэт это называла, что она и понятия не имела, как я на самом деле начал относиться к ней. Я размышлял над тем, рассказать ли ей все. О том, как просто пребывание рядом с ней заставляет меня улыбаться больше, чем за все годы. Как я восхищаюсь её мужеством и тем, как она может постоять за себя, защищаться, особенно от меня и моей ерунды. Когда тепло начало разливаться у меня в груди, я незамедлительно пресек эту чепуху на корню, в этот момент в голове всплыл образ моего мертвого брата вместе с человеком, в которого он был влюблён. Нет, будет лучше, если мы продолжим держаться в стороне друг от друга, но это не значило, что я, по крайней мере, не могу облегчить её страхи.
— Зачем бы я все тебе рассказывал, если б собирался что-то с тобой сделать?
Её губы сжались.
— Не знаю.
Я придвинулся ближе к ней, протянув руку, но резко остановился, когда она отпрянула от меня. Мои внутренности скрутило, а пальцы согнулись в воздухе.
— Я ничего не собираюсь с тобой делать. Хорошо?
Она начала терзать нижнюю губу.
— Как ты можешь мне доверять?
Ещё один сложный вопрос, на который было не просто ответить. В этот раз, когда я протянул руку к ней, она не отстранилась. Я разместил свои пальцы под её подбородком, удерживая её взгляд,
— Я не знаю. Просто доверяю. И, если быть до конца честным, никто все равно тебе не поверит. К тому же, создашь лишнюю шумиху, навлечешь на себя внимание со стороны МО, а ты вряд ли этого хочешь. Они пойдут на любые меры, чтобы население оставалось в неведении.
Казалось, она пыталась это осмыслить, и на секунду наши взгляды встретились. Мы были связаны не только физическим контактом, но и правдой. Когда она отпрянула от меня, мне это не очень-то понравилось.
И мне не понравилось то, что мне это не понравилось.
— Значит, вот почему ты говорил все это раньше? — спросила она, её голос был приглушенным. — Ты не ненавидишь меня?
Мой взгляд опустился к руке. Я подбирал слова. — Я не ненавижу тебя, Кэт.
— Вот почему ты не хотел, что бы я общалась с Ди, потому что боялся, что я узнаю правду?
— Это, и еще ты — человек. Люди слабые. Они не приносят нам ничего, кроме проблем. — Да, это прозвучало жестче, чем я думал, но это, скорее всего, было к лучшему. Она должна знать, что стоит на кону — ради всех нас.
Её глаза сузились.
— Мы не слабые. И ты на нашей планете. Как насчет небольшого уважения, приятель?
Изумление затопило меня.
— Тут с тобой трудно поспорить. — Я осмотрел её. — Как ты… справляешься со всем этим?
— Пытаюсь осмыслить. Не знаю. Не думаю, что теперь что-то в этой жизни способно меня поразить.
Я был рад услышать это. Затем поднялся на ноги.
— Тогда нам следует возвращаться, пока Ди не решила, что я тебя убил.
— Она действительно может так подумать? — спросила она медленно, словно боялась ответа.
Я смотрел на Кэт, возвышаясь над ней, когда она встретила мой взгляд, я знал, что она увидела холод в них.
— Я способен на многое, Котенок. Убийство ради защиты семьи не то, над чем я стану лишний раз думать. Но тебе не стоит об этом беспокоиться.
— О, приятно это слышать, — пробормотала она.
Я наклонил голову набок.
— Существуют еще и другие. Те, которые сделают все, чтобы завладеть преимуществами Лаксенов, в особенности, такими, как мои. Они сделаю все что угодно, чтобы добраться до меня и моего вида.
— И каким образом это имеет отношение… ко мне?
Наклонившись, я осмотрелся вокруг.
— След, который я оставил на тебе, когда останавливал грузовик может отслеживаться. Прямо сейчас ты сияешь, как фейерверк в День Независимости.
У неё перехватило дыхание.
— Они будут использовать тебя, чтобы добраться до меня. — Я протянул руку, убирая листок из её волос. Тогда я коснулся её щеки в том месте, где её кожа была повреждена после того ночного нападения. — И если они все-таки тебя схватят… смерть покажется тебе спасением.
Кэт молчала большую часть дороги, пока мы возвращались обратно. След, окутывающий её, интенсивно мерцал, словно светящийся диско шар. Это грозило стать огромной проблемой.
Когда деревья расступились на нашем пути, она заговорила.
— Могу…могу я увидеть Ди?
Я замедлил шаг так, чтобы ей было легко догнать меня.
— Думаю, было бы неплохо подождать до завтра. Мне нужно поговорить с ней, объяснить ей, что я сказал тебе.
