Она моргнула, словно не совсем уверенная, почему это имеет значение.
- Она умоляла ей их нарастить. Все девочки в ее группе так сделали. На прошлой неделе
я уступила.
Я обменялась с Логаном взглядами. Наращивание волос! Я об этом не подумала.
Подростки в городе Эдем ежедневно меняют свою внешность, но я предполагала, что это пока
еще не касается «11 лет до» класса. Я ошибалась.
- Теперь можешь ответить на мой вопрос? - спросила мама. - Я просто не понимаю.
Во-первых, почему тебя вообще арестовали?
Я посмотрела в окно. Капли дождя били по стеклу и, обгоняя друг друга, стекали по нему.
От бинта у меня онемела лодыжка. Жаль, что этого нельзя было сказать о моем сердце.
Я с ужасом ждала этого момента, с тех пор как получила свое воспоминание о будущем.
Если быть честной, то в каком-то смысле я, может, даже покинула цивилизацию, чтобы не
рассказывать матери о том, что я сделала.
Эстер встала и жестом показала сыну сделать то же самое.
- Давай дадим Келли и ее маме немного уединения. Твой отец скоро вернется с работы,
и он захочет поговорить с тобой.
Логан шагнул ко мне, словно хотел защитить от того, что надвигалось. Но он не мог мне
помочь. Никто не мог. Это моя мама, и то, в чем я собираюсь ей признаться - чистая правда.
Эстер подтолкнула сына. Он в последний раз посмотрел на меня, а затем вышел из
комнаты вслед за матерью.
Теперь мы были наедине. Мою футболку испачкал соус от спагетти. Перед светящейся
стеной жужжало маленькое насекомое, а из подтекающего водопроводного крана капало в
раковину.
Я глубоко вдохнула.
- Я не знаю, как такое сказать. Так что я просто расскажу, что видела.
Уткнувшись глазами в пол, я подробно изложила каждую деталь моего воспоминания о
будущем - след от обуви на полу, земляная дорожка, ведущая к сломанному растению,
плюшевый мишка с красной лентой. А затем осталось только одно. Я посмотрела моей маме в
глаза, зная, что она никогда не будет больше так на меня смотреть. Зная, что я собираюсь сказать
ей ту единственную вещь, которая может превратить ее безусловную любовь в зависящую от
определенного условия.
- Я воткнула иглу ей в сердце, мамочка. В воспоминании о будущем я убила Джессу.
Ее глаза округлились. В этот момент она была настолько похожа на Джессу из моего
воспоминания, за мгновение до того, как она умерла, что я сама почувствовала физическую боль
от иглы, вонзающейся в мое сердце.
- Мне жаль, мамочка.
Она ничего не сказала. Она не посмотрела на меня. Она уставилась на вентиляционное
отверстие, словно считала частички грязи, покрывающие его края.
Я придвинулась, и бинт на моей лодыжке сдвинулся.
- Посмотри на меня. Пожалуйста.
Она дернулась, но когда перевела взгляд на меня, то выражение ее глаз было
отсутствующим. Это даже хуже, чем мне представлялось. Я думала, она будет кричать, бросаться
вещами, рыдать, а не смотреть на меня, словно меня не существует. Словно я уже умерла для нее.
- Ты меня ненавидишь? - прошептала я.
Это ее отрезвило.
- Как я могу ненавидеть тебя за что-то, чего ты не делала?
- Но что если мое воспоминание сбудется? - Я тяжело сглотнула. - Что если я убью
Джессу? Тогда ты меня возненавидишь?
Моя мама вздохнула.
- Я не знаю, крошка. Если быть честной... Я и представить не могу, как я бы
почувствовала себя в такой ситуации. Мне жаль.
- Не страшно, - я уставилась на свое дрожащее отражение в поверхности чая. - Если я
убью ее, я тоже себя возненавижу.
- Эй, - сказала она. - Этого еще не произошло, так что давай не будем об этом
волноваться, ладно?
- Так ты думаешь, что я могу изменить свое будущее?
- Я знаю, что ты можешь.
- Как? - спросила я. - Откуда тебе знать?
Мама взяла кружку и стала помешивать чай в ней.
- Я видела, как такое произошло. Я знаю кое-кого в Подполье, кто смог изменить свое
будущее.
Что-то щелкнуло. Внутри меня бурлило слишком много эмоций. Слишком много вины,
слишком много угрызений совести. В мгновение депрессия превратилась в ярость. Я вскочила, не
обратив внимания на боль в ноге. Я выхватила кружку из руки матери и бросила ее в раковину.
Это моя жизнь. А она, видимо, вообще не собиралась мне ни о чем рассказывать
- Как так получилось, что ты никогда не рассказывала мне о Подполье? Ты не считала,
что я заслуживаю знать о таком?
Она моргнула.
- Это было слишком опасно.
- Опасно! А для меня не опасно ходить без разъяснений? - У меня затряслись руки,
повиснув по бокам, словно мешки с костями. - Мамочка, я никогда не готовила Джессу к тому,
как отвечать на их тестовые вопросы. Я даже не знала, что ты могла бы. По-видимому, у Подполья
есть целые библиотеки подготовительных материалов. Видишь? Это моя вина, что она заперта у
АВоБ.
- Ох, Келли. Не это произошло.
Я переплела свои руки, но они продолжали трястись.
- Я видела, как АВоБ тащит ее прочь, кричащую и пинающуюся. Ты говоришь, что этого
не произошло?
- Нет. Они забрали ее несколько дней назад, как ты и видела. Но не из-за какого-то теста,
