— Единственное чудовище здесь — это твое воспоминание о будущем. Оно отняло у тебя твое спокойствие и заставило сомневаться в том, кто ты есть. Я знаю, кто ты, Келли, и ты наполнена любовью.
Мои колени стали мягкими, как речная грязь у меня под ногами.
— Спасибо тебе, — прошептала я.
— За что?
— За то, что не осудил меня.
— Как ты можешь осудить чьи-то будущие действия, не зная обстоятельств? — спросил он.
Действительно, как. Но вслух я этого не произнесла. Я не могла. Потому что я не была уверена в том, что он настолько же искренен, как звучит. Может, он одарен способностью точно знать, что говорить и когда. Может, его слова значат не больше, чем смех, который вырывался из него пять лет назад.
А может, только может, он все тот же мальчик, которого я помню.
Мы особо не разговаривали в течение ужина. Логан соорудил распорку, чтобы подвесить его флягу над огнем — спасибо Судьбе, что он посещал факультатив по Древним Приемам — и я приготовила рис в импровизированном горшке.
Мои руки тряслись, когда я отмеряла зернышки. Несла воду для кипячения. Взбалтывала флягу.
После матери и моей сестры, готовка — это то, что больше всего заставляло меня чувствовать себя как дома. И я скучала по этому, пока была в заключении. Я чувствовала, как крошечная часть прежней меня возвращается, пока я сливала воду и перекладывала рис на широкие зеленые листья. От меня не так много пользы в дикой местности, но, по крайней мере, я могу готовить пищу.
Мы устроились под большим деревом после того, как поели. Сосновые иглы царапали мое лицо, а холод из воздуха пробирался сквозь одежду. Логан отдал мне теплую кофту с начесом, а себе взял длинную куртку с капюшоном. Мы растянули легкое термозащитное одеяло поверх самих себя.
Я завернулась в свой угол синтетической ткани и повернулась к нему спиной. Звезды сверкали в небе, словно драгоценные камни на черной ткани ювелира. Джесса, должно быть, смотрит на эти же звезды в данный момент. Я представила линию, соединившую меня и самую яркую звезду, а затем еще одна линия связала звезду с моей сестрой.
Мое дыхание ускорилось. Это возможно? У меня, очевидно, есть какая-то особая способность, или я бы не смогла манипулировать своим воспоминанием. Это бы объяснило все. Почему мы всегда были так близки. Как ее воспоминание попало ко мне в голову. Может быть, я даже могу поговорить с ней?
Я швырнула свои мысли в космос, отправив их по этим невидимым линиям, связывающим нас со звездами. Я ждала ответа, закусив зубами губу. Какого-нибудь знака. Я согласна еще раз на это неопределеннее напирающее ощущение. Но не было ничего. Только шорохи вертящегося на сосновых иголках Логана.
Я перевернулась на спину. Думаю, мои паранормальные способности так далеко не распространяются. И я достаточно уверена, что-то, что есть сейчас — усиление моей способности манипулировать воспоминаниями, возможно из-за паров, которыми воздействовал на меня Беллоуз.
Какая жалость, что я не вернусь в лаборатории. АпИТ было бы заинтересовано в этой разработке. Но почему? Почему ученых так интересуют паранормальные способности?
Голос Салли эхом отразился у меня в голове.
Я втянула воздух. Конечно. Все это время я думала, что это случайность, что АВоБ и АпИТ делят одно здание. Я не думала, что существует какая-нибудь связь между двумя этими агентствами. Но что если это не совсем так?
Может быть, два агентства делят одно здание из-за того, что они неразрывно связаны. Может быть, ученые изучают паранормальные способности, чтобы разобраться с воспоминанием о будущем.
Чем больше я думала об этом, тем больше убеждалась, что я права. Поэтому у паров был побочный эффект усиления паранормальных способностей. Поэтому конкретно моя способность, кажется, вращается вокруг какого-то типа манипуляций с воспоминанием.
По какой бы причине ученые не хотели Джессу, это связано с воспоминанием о будущем.
Синтетическое одеяло захрустело, и моей икры коснулась лодыжка Логана. Нас подбросило на ноги.
— Келли?
Я сглотнула.
— Да?
Из-за темноты я могла разглядеть только очертания его лица, но мои глаза помнили каждую черточку. Ямочки на щеках. Ресницы, настолько длинные, что я волновалась, не спутаются ли они. Прямые белые зубы и сногсшибательная улыбка.
Между нами разрасталась наполненная значительностью тишина, что предшествует важному заявлению. Мое сердце застучало о грудную клетку. Если бы только он доверился мне. Если бы только он рассказал мне о Хармони то, о чем он молчит. Я бы рассказала ему в ответ все. О моих новоявленных паранормальных способностях. Об умозаключении, к которому я только что пришла.
Но он этого не сделал. Прошла мучительная минута, а затем он сказал:
— Отдохни. Завтра мы доберемся до Хармони.
Глава 18