Лес стал гуще, и кроны деревьев над нашими головами соединились, так что мы бежали трусцой в полумраке, несмотря на яркое утреннее солнце. Камни и растительность покрывали землю, а воздух был влажным и холодным. Время от времени я слышала лай собак, но на таком расстоянии, что я стала расслабляться. Они не будут особо усердствовать в моих поисках. Я всего лишь девушка. У меня нет сил. Я не представляю существенной угрозы.
За исключением, пожалуй, угрозы по отношению к моей маленькой сестре.
Мой вдох был прерван всхлипыванием. Мамочка, должно быть, сейчас уже встала. Наверное, она сидит с Джессой за обеденным столом и смотрит на часы в ожидании, пока остынет их мятный чай. Они будут волноваться, если я не вернусь домой. Я должна дать им знать о произошедшем. Но даже если я смогу передать им сообщение, что бы я могла сказать?
Мое лицо сморщилось, глаза горели от стоящих в них слез. Я поднесла руку ко рту и сильно прикусила ее. Я не могу этого сделать прямо сейчас. Я не могу этого сделать. Стая собак ждет возможности утащить меня. Я должна держать себя в руках, если собираюсь спастись.
Я уперлась взглядом в спину Логана. У него типичное для пловца строение корпуса — широкие плечи и узкая талия. Через завесу слез я видела, как его мускулы перекатываются под серебристым комбинезоном. Правильно, думай о его спине. Думай о Марисе, пускающей слюни от такого зрелища.
Мариса. Мое дыхание снова сбилось. Она должна была уже получить свое воспоминание. Она должна была увидеть себя знаменитой живой актрисой. Я никогда не увижу ее на сцене. Я никогда не увижу ее снова.
Я медленно выдохнула. Я не могу думать и о ней тоже. Я сфокусировалась на том, чтобы вскарабкаться на камни передо мной. Здесь земля пошла под уклоном вверх, а деревья поредели. Я снова могла видеть солнце. Оно обжигало мои уши, а пот выступил на лбу подобно каплям на бутылке с водой. У меня было ощущение, что мы идем целую вечность, но, вероятно, прошло не больше десяти минут.
— Куда мы идем? — спросила я.
Логан оглянулся, сканируя местность перед нами.
— Ты не можешь здесь оставаться. Они найдут тебя, где бы ты ни спряталась.
— Куда ты предлагаешь мне пойти?
Мы поднимались вверх, вверх, вверх. Здесь ничего нет кроме скалы, заканчивающейся тупиком над пропастью, с бурным речным потоком внизу.
Он прищурился на меня под не по сезону жарким солнцем. А затем я неожиданно поняла.
— Нет, — прошептала я. — Я не прыгну в реку. Это самоубийство.
— Нет, если ты знаешь, где прыгать. Нет, если тебе есть, куда идти.
О чем он, черт побери, болтает?
— Это очевидно не про меня.
— Зато про меня, — сказал он.
Он продолжил подъем. Я последовала за ним, осознавая расстояние, разделяющее нас. Я поспешно решила довериться ему, но, возможно, я была неправа. Возможно, мои рассуждения были замутнены. Я была напугана и хотела снова доверять ему. Но за пять лет люди меняются. Он может не быть психически здоров. Что за план он предлагает? Это безумие.
В моей голове промелькнуло воспоминание. Мне было одиннадцать или двенадцать, и мы устроили пикник рядом со зданием из стали и стекла и наблюдали за рекой. Мама баюкала Джессу, так что я подползла к самом краю, куда ближе, чем она обычно позволяла. Я хотела увидеть воду, перекатывающую через валуны, чтобы представить, как величественная белая пена омывает мою кожу. Вместо этого я увидела женщину, залезшую на металлическое ограждение… и ласточкой прыгнувшую через край. На бесконечно короткий период времени она зависла в воздухе, как будто пойманная в солнечных лучах вспышкой камеры. А затем разбилась о валуны внизу.
У меня до сих пор были кошмары о моем падении к смерти. Но я не собиралась говорить об этом Логану.
Мы достигли вершины. Земляного плато перед обрывом скалы. Здесь не было металлических ограждений, чтобы преградить людям путь и защитить их. Только высушенная земля, раскрошившаяся в пыль и зернистые кусочки.
Логан повернулся ко мне.
— Послушай, Келли. На незаселенных территориях есть безопасное убежище. Его называют Хармони (
Я обхватила себя руками.
— Как ты это узнал?
— Мой брат, — сказал он. — После того как АпИТ арестовало его, моя семья вступила в Подполье, в отряд, который создал Хармони. На случай, если они будут преследовать кого-нибудь, кого мы знаем.
Я уставилась на него, на языке вертелся миллион вопросов. Но они все меркли по сравнению с мыслью о Хармони. Место, где можно начать сначала, сделать вид, что моего воспоминания никогда не было. Было ли такое возможно?
