Забыть завтра полностью

— Я, вероятно. не должна бы этого говорить вам, но мы обнаружили одного провидца. Настоящего. Не тех детей, которые играют в предсказание будущего. Их способность видеть ближайшее будущее бесполезна. Не пройдет и нескольких секунд, как весь мир узнает, что известно им. Эта отличается. Она может смотреть на годы вперед. На десятилетия. Она не видит все. Она видит только фрагменты, но она прошла проверку, и Первый Инцидент, о котором она рассказала нам, быстро приближается.

Миссис Фантцворд молчала. Я проверила уровень заряда. Три четверти.

— Всеобщее сканирование в школах — это нетрадиционно, — продолжила Председатель Дрезден. — Но теперь вы видите, почему мы должны это сделать?

Миссис Фантцворд вздохнула.

— Если люди услышат об этом, вы заполучите в руки настоящий мятеж. Вы знаете это, не так ли?

— Поэтому держите все в тайне. Мы будем проверять по одному ученику за раз, начав с более старших. Растянем на несколько ближайших недель. Если родители будут задавать какие-либо вопросы, скажите им, что это для теоретических распределений на должности.

— Мне это не нравится.

— И не должно. У меня есть декрет КомА. Кто самый старший ребенок в классе?

— Это Первое Октября. Ваша дочь, — сказала учительница.

На один удар сердца Председатель Дрезден замолчала.

— Она уже была проверена. Кто следующий?

Не став ждать ответа, я стремительно вернулась на свое место. Моя батарея полностью зарядилась, и у меня не было никакой другой причины для того, чтобы быть рядом с дверью. Я воткнула мой настольный экран в разъем и выполнила столько операций, сколько смогла, до того момента, когда миссис Фантцворд вернулась в комнату.

Я проснулась с тяжело бьющимся сердцем. Джесса — самая младшая в ее классе. Ее день рождения — тридцатое января. Если это будет систематическое обследование, то она будет последней.

Ее волосы в моем воспоминании о будущем падали ей на плечи. В воспоминании, которое я только что получила, они были заправлены за уши и щекотали подбородок.

У меня есть время. У меня есть время. У меня есть время.

Но не имело значения, как часто я себе это напоминала, мой желудок взбунтовался и, казалось, вращался вокруг рагу, которое я съела прошлой ночью.

Я моргнула, уставившись на изогнутые стволы молодых деревьев, поддерживающие крышу. Анжела все еще спала в противоположной части хижины, оленья кожа была скинута, а ее рука лежала поверх глаз. Если бы у меня были какие-либо сомнения, что два агентства неразрывно связаны, то вот доказательство. Почему еще Председатель Дрезден, глава АВоБ, стала бы разговаривать с учителем Джессы о делах АпИТ?

Я побрела к двери и выскользнула наружу. Ветер охладил слой пота на моей коже и всколыхнул полог за моей спиной. Приближался рассвет. Небо выглядело так, словно кто-то зажег фонарь за темно-синим одеялом. Свет расползается по краям и наполняет полосу у горизонта равномерным светом.

Деревенский квадрат был пуст. Щебетало несколько птиц, но даже они не заливались песней, словно было еще слишком рано для такого уровня веселья.

На другой стороне квадрата появилась человеческая фигура. Когда она приблизилась, я увидела, что это Логан, несущий деревянное ведро. Он остановился передо мной и поставил ведро на землю. От воды в нем шел пар, рассеивающийся в воздухе.

— Горячая вода, — сказал он. — Только с огня.