— Это не кобольды, это лошади, — вслушиваясь, возразила Тарилор, — Их много, очень много. Наверное, пятьсот.
— Ничего себе табун! — недоверчиво удивился Нок.
— Это не табун, это отряд, — опять возразила Тарилор.
— Враги? — воинственно крякнул гном, хватаясь за топорик на поясе.
Гвендаль жестом остановил его.
— Мы в Дальноземье, — сказал он, — Здесь не может быть врагов. Только друзья.
Деревья тем временем расступились, и путники въехали на широкую круглую поляну, покрытую нехожеными сугробами.
— А мы здесь были! — воскликнул гном, указывая вперед.
Среди поляны возвышалось несколько статуй дев в длинных одеждах. Они играли на разных музыкальных инструментах.
— Поляна стражей, — кивнула Тарилор, — Всякого, кто проезжает по ней, заметят и встретят.
Не успела она договорить, как приближающийся гул, висевший в воздухе, раздался совсем рядом. С другой стороны на поляну выехали облаченные в кожаные доспехи, вооруженные мечами и луками, эльфийские всадники. На эльфах были зеленые плащи. Они заполнили всю поляну и свободное пространство между деревьями, и путникам на миг показалось, что наступило лето. Нок радостно вскрикнул: впереди отряда ехала принцесса Юрлин. Сзади нее ехали Агалад и Варион.
— Владыка Эринард послал нас вам навстречу, — сказала Юрлин, делая рукой приветственный жест.
— Уже? — удивился Гвендаль, — Мы даже не успели предстать перед королем и изложить свою просьбу.
— Ему известно о ней, — улыбнулась Юрлин, — Генимар прислала весть о том, что люди Запада нуждаются в помощи, что Эверонт-отступник собирает темное войско. Эльфы Дальноземья с радостью выступят в поход вместе с теми, кто вернул им короля.
Луга и низины отступали, дорога из долины шла на подъем. Она вела все выше и выше в холмы, покрытые глубоким снегом. Постепенно река и город Ильрагард остались позади, а холмы превратились в горы. Они были не так высоки и обрывисты, как горы Пан и не столь угрюмы, как дикие хребты Занбаргарда, но некоторые их вершины накрывали снежные шапки. У самого подножия Восточного хребта войско царицы чародеев въехало в каменистое ущелье. Его со всех сторон обступали светло-серые скалы, едва поросшие лиственницами.
— Серая скала, серая скала, — по обыкновению заворчал Ронф, исподлобья глядя на все вокруг, — Здесь все серое. И где она?
— Вот там, — Вернигор, ехавший рядом с ним и царицей, указал вперед.
На другой стороне ущелья возвышалась не острая каменная глыба, а огромная арка с плоской вершиной, на которой, как на помосте могло бы стать лагерем все войско. В середине арки ветрами и временем был выдолблен проход, способный пропустить летящего боевого дракона.
— И впрямь ворота! — ахнул принц гоблинов, — Их кто-то строил?
— Гномы, — ответила царица, — Много тысяч лет назад. Они жили в этих горах, добывая самоцветы. Потом ушли на север, в Пан.
— Потому что они жадные, и им все мало, — неприязненно заметил Ронф, — Здесь все изрыли, приперлись к нам! Ай!
— В чем дело? — спросил Вернигор.
— Кольцо кусается, — пожаловался Ронф, — Не иначе, как наш волхователь сделал какое-то из своих делишек. Вон, еще больше покраснело.
— Ваше величество! — окликнул царицу один из военачальников-чародеев, указывая на Серую скалу.
Воздух под аркой Сингурских Врат странно искрился и волновался.
— Ты прав, — сказала царица Ронфу, — Гвендаль привел войско эльфов из Дальноземья. Они с Ноком и Тарилор ждут нас по ту сторону Врат. Командир, ведите полки к проходу Серой скалы!
— Вот шустрый! — восхитился Ронф, все разглядывая кольцо, плоский ободок которого постепенно накалялся на его мизинце, — Интересно, он уже добрался до Колдуний на острове?
Серое зыбкое марево качалось в воздухе. Оно клубилось вокруг дома, наполняло сад и растекалось в разные стороны над озером и горной долиной. Очертания берегов, стволы деревьев, вершины гор — все растворялось в тумане, то появляясь, то исчезая. Тем не менее, древуны, собравшись на каменной веранде, выходившей прямо к озеру, вглядывались в густую завесу и ожидали чего-то, взволнованно покачивая ветвями. Лесные жители пребывали в этом волнении с самого утра, с того момента, как над горами забрезжил солнечный свет. Их ожидание было не напрасным. В какой-то момент седые туманы над озером расступились, и к берегу подъехала маленькая лодка на полозьях. Она легко скользила по льду под надутым ветром треугольным парусом. Ею правил кудрявый безбородый чародей в красном плаще. Когда лодка подкатила к причалу на острове, чародей убрал парус, закрепил лодку канатом и шагнул на мостки, ведущие к дому. Он нес на руках завернутого в плед юношу с растрепанной копной волос цвета опавших дубовых листьев. Юноша лежал у чародея на руках, бессильно свесившись. Глаза его были закрыты, он казался спящим.
— Ну, вот и добрались, — удовлетворенно молвил чародей, бросая взгляд на дом.
Радостно шелестя, древуны устремились ему навстречу. Чародей отвесил им поклон, продолжая удерживать на руках своего спутника.
— Скоро придет конец вашим тревогам, друзья, — сказал он, — Ведите меня к Белой Колдунье.
