Дома она пыталась понять, что это было. Да, в Иркутске она училась, и воспоминания о городе у неё имелись, хотя и очень размытые. Но быстрая непокорная Ангара, фонари на набережной, сквер Кирова… всё это хранилось в виде образов. Даже стихотворения, написанные там, остались. Почему вообще ей приспичило сначала укатить в Сибирь из Самары, а проучившись два курса, сбежать в Красноярск? Вот его она помнила куда как лучше.
Что-то не то происходило с памятью Алёны, однозначно. Может, она в аварию какую-нибудь попадала, и после травмы головы всё такое вот стало.
Но ни о каких происшествиях она опять же, ничего припомнить не смогла. Леонид. С этим именем у неё явно было что-то связано. Нечто сильное. По спине проходила горячая волна, глаза увлажнялись, дыхание становилось прерывистым. Физические реакции, не запускавшие никаких мыслей. Как такое возможно? И ведь он её явно знает, по имени называл, об Иркутске говорил.
Ей захотелось понять, что происходит, поэтому следующим же вечером после работы она была у той двери, ведущей в подвал. Да, этот адрес она чётко запомнила, даже удивительно. Вот сейчас и проверит, было ли всё на самом деле.
Условный стук она легко воспроизвела в нужном виде. Подождала реакции, волнуясь. А ведь сегодня может не быть там никакого собрания, ведь «Орден Огня и Крови» наверняка собирается по каким-то условным дням. И точно. Дверь не открылась, ничего не произошло.
Распекая себя за наивность, Алёна пошла восвояси.
А через три дня ей позвонили с неизвестного номера.
Она возвращалась с работы, только вышла из метро, когда на мобильный поступил звонок. На дисплее всплыло уведомление: «номер не определен».
Алёна решила, что это какой-то очередной спам, но на автомате звонок приняла. Хотела было сбросить сразу, но передумала, поднесла аппарат к уху.
– Слушаю!
– Здравствуй, Алёна, – вкрадчиво сказал мужской голос. – Несколько дней назад ты хотела нас видеть, как я понял.
– Вы кто? – испугалась девушка.
– Мне кажется, ответ ты и сама знаешь. Куда ты приходила три дня назад, помнишь?
– Помню. Но дверь была закрыта, меня не впустили. Так откуда вы знаете, что я там была?
– Камера видеонаблюдения, – коротко пояснил звонивший. – Тогда нам нечего было тебе сказать. А сейчас есть. И у тебя, кажется появились вопросы?
– Да, появились, – Алёна почувствовала, как горло у нее перехватило. Причина тревоги была ей самой не очень понятна. Но в последнее время она начала уже привыкать к странным самоощущениям.
Разговор продолжался пять минут, и за это время собеседники успели договориться о новой встрече. Прямо сегодня. Девушка даже домой не зашла, повернула обратно в подземку, чтобы успеть доехать до того самого подвала. Ей хотелось как можно скорее получить ответы на свои вопросы.
К дому, где был вход в тайное общество, Алёна чуть ли не бежала. На улице уже начинало темнеть, когда она вновь воспроизвела секретный стук. И подумала ещё, а вдруг за эти несколько месяцев условный сигнал поменялся.
Но нет, послышался скрежет поворачивающегося в замке ключа, дверь приоткрылась. Алёна увидела толстую цепочку и настороженный глаз.
– Мы вас ждём, – сообщили ей. И дверь распахнулась полностью, впуская её.
В этот раз в зале было всего трое мужчин, все – в мантиях, лица прикрыты капюшонами Алёна догадалась, что дело не в планируемом ритуале. Просто они хотят сохранить полную анонимность, чтобы их невозможно было потом опознать. От это стало ещё тревожнее.
– Ты приходила, чтобы спросить о чем-то, – поинтересовался тот, что был в центре. – Да не стесняйся, садись.
Алёне указали на стул, обитый красным бархатом. Остальные уже сидели примерно на таких же, только повыше и других цветов. Даже по части мебели у них иерархия. Большого стола с зеркалом в помещении не было, отчего создавалось ощущение пустоты и заброшенности, хотя стены и были задрапированы черным и синим бархатом, а на полу лежал пушистый, даже лохматый ковер красного цвета. Почему она все эти детали в прошлый раз не рассмотрела? Кажется, тогда было темнее. Сейчас были включены светильники, тоже расположенные на стенах, в тот же раз обходились свечами.
– Тебя перестали беспокоить кошмары, с которыми ты к нам обратилась? – поинтересовался всё тот же главный жрец.
– Да, перестали, – кивнула девушка. – Но мне кажется, я о многом просто забыла.
– Это неудивительно, – ответил ее собеседник. – Произошло искупление. Ты изменила последовательность событий в своей жизни и не только. Результат был тот же, но обстоятельства иные. Но после того, как все произошло в первый раз, ты предприняла кое-какие действия. И в новых реалиях они потеряли прежний смысл и логику. Поэтому кое-что в твоей памяти померкло.
– Я встретила парня, и кажется мы были вместе. И я его узнала… и при этом сразу не узнала. Как такое возможно?
– Странно, что он сам тебя признал, – голос жреца звучал немного удивленно. – Мог бы просто пройти мимо. Но не волнуйся, это просто отголоски. Скоро и он о тебе не вспомнит.
– Это как-то жутко, – призналась Алёна.
