– Не думай об этом. Главное, что жизнь твоя стала свободной от прежних страхов. Ты ведь даже не помнишь, что точно с тобой случилось?
– Не помню.
– Вот и славно.
Главный вдруг поднялся со своего стула. Подошел к Алёне ближе, положил руку ей на плечо.
– Мы помогли тебе. А теперь и ты поможешь нам.
– Каким образом? – ей вновь стало страшно. Куда она ввязалась, спрашивается?
– Не бойся, ничего плохого от тебя не потребуется. У нас убыл один член нашей компании. Которому мы тоже раньше помогли И нужен ещё один человек, для полного состава на очередной церемонии. Необходима твоя энергия.
– Я думала, у вас только мужчины в ордене.
– Под мантией не всегда это заметно, – засмеялся жрец. – Но женщины в нашем коллективе имеются. Не очень много, правда. Обычно дамы боятся таких вещей. И приходят, когда катастрофически нуждаются. Как ты. Ну как, мы можем на тебя рассчитывать? Вольёшься в наш ритм, станешь одной из нас и многое поймёшь сама.
Алёна почему-то поняла, что ее согласия спрашивают из приличия и отказаться она не может, в спокойном, тихом голосе ощущалась угроза.
– Да, я приду, – сказал она. – Когда и во сколько? И что от меня потребуется?
– Вот и умница, – ответил жрец после некоторой паузы. Возможно, он не ожидал такого послушания. Пока иди домой, скоро с тобой свяжутся и все тебе объяснят.
Озадаченная девушка поспешила уйти. Ей было очень не по себе. Но по крайней мере она поняла, что её провалы в памяти имеют некоторое обоснование. Да, мистическое, в глазах нормального человека – бредовое. Но она ему поверила.
Как она и подозревала, ее участие потребовалось в очередном празднике, который относился к Колесу года. 21 марта, равноденствие, или, как сказали жрецы – Остара.
Алёна поискала в интернете информацию, и дата показалась ей вполне милой. Весеннее возрождение
Что плохого может случиться в такой день? Странные эти последователи Огня и Крови, конечно. Но не зловещие. Обычные язычники, собравшие все чудны́е праздники в кучу. Так что в Остаре этой она поучаствовала, хотя и в очень странном качестве. Думала, ей такую же мантию с капюшоном выдадут, но как оказалось, Алёне отвели особую роль, нарядив в Весну или еще кого-то такого. Когда ей предложили надеть длинное белое платье с орнаментом, она не выдержала, хмыкнула, чуть не рассмеялась. Какой фарс! Но обижать фриков не хотелось, все же они ей, кажется, очень помогли. Спасибо хоть сверху накидку с капюшоном надеть разрешили, тоже белую. А то неловко как-то, у всех лица закрыты, а у нее нет. Сразу себя стриптизершей на мужской вечеринке почувствовала. Некорректное немного сравнение, учитывая факт, что ей доказывали, будто среди адептов ордена и девушки имеются. Но Остару только она одна изображает, если что.
Зал был украшен свежими живыми цветами, аромат стоял такой, что голова закружилась. В полумраке, при свечах, растения выглядели вовсе не мило, а как-то зловеще. Ничего себе, праздник возрождения жизни! Тут наоборот, о загробной жизни задумаешься, в таком-то антураже.
Алёна уговаривала себя, что скоро всё закончится и она покинет этот цирк. Её попросили встать в центре очерченного круга. Остальные сомкнули круг, взялись за руки, снова устроили хоровод с песнопениями. Она насчитала тринадцать «танцоров». Странно, ей вроде бы сказали, что один их покинул и она вместо него. Или их четырнадцать раньше было, она обсчиталась? Впрочем, задумываться о происходящем не очень хотелось. Главное, в этот раз кровь у нее не брали, что радует.
Голова все сильнее кружилась, возможно, дело не только в сильном цветочном запахе, есть и ещё что-то. Люди в кругу двигались все быстрее, пока в глазах Алёны не осталось одно только мельтешение. Мрачные фигуры в капюшонах слились в одну линию. Песня превратилась в одну ноту. Звуковую волну. Кажется, девушка могла видеть ее колебания.
Звуки, запахи, мельтешение… она почувствовала, словно ее сознание сжимается в одну точку, затем вытягивается в линию. А потом отрывается от нее.
И очнулась вновь в своей съемной квартире. Что происходит? Как она сюда попадает уже второй раз? Пожалуй, при следующей встрече этот вопрос нужно будет уточнить отдельно.
Марта отличалась хорошей профессиональной памятью. И условный стук, услышанный ею из-за угла, запомнила отлично. Дома несколько раз повторила его, пока Ада не начала стучать уже к ней с вопросом, всё ли в порядке и не подалась ли её соседка на курсы изучения азбуки Морзе. А то и вообще в шпионы. Или дятлы. Тогда журналистка уже успокоилась.
Нет, этот звуковой шифр она выстукивала не из любви к искусству. Марта твёрдо решила прийти и попробовать подолбиться в тайную дверь. Вдруг да откроют? Что она тогда скажет? Не решила пока. Но тайна стоит того, чтобы пытаться её раскрыть. Да что там пытаться? Надо разгрызть этот орех, да и всё тут. Как показывает опыт, спонтанные действия – самые успешные. Можно проработать план до мельчайших деталей и всё равно прогореть. Смелость города берет и всякое такое прочее.
