Элемента могущественна и непобедима.Элемента должна пасть.Империя веками обладала мощью и процветала, завоевывая все новые территории, благодаря творцам, способным повелевать самой Стихией. Они подчинили себе Огонь, Воздух, Землю и Воду. Но что, если в самой сути этой силы таится разрушительная ложь?Жизнь юного творца Мика кажется сломанной: из-за ошибки, происходящей раз в несколько сотен лет, он остается одинок и практически лишен сил Огня. Семью Мика обвиняют в попытке организовать государственный переворот, его родители арестованы. Пробуя спастись и узнать правду, Мик понимает, что втянут в игру, на кону которой куда большие ставки, чем просто его жизнь.Тем временем Дарине, чья Стихия – Воздух, в отличие от Мика не удается избежать заключения в страшных Водных тюрьмах. Секрет, известный лишь ей одной, может оказаться и спасением, и полной гибелью.В империи, охваченной лихорадкой войны и грядущей революции, этим юным творцам и их друзьям суждено переломить ход истории и положить конец многовековой лжи. Истина ставит героев перед необходимостью совершить непростой выбор и бросить вызов тому, что казалось незыблемым на протяжении веков.Близится война, и им предстоит бежать в край снегов и лесов, обрести верных союзников, сражаться не на жизнь, а на смерть, раскрыть тайну и понять подлинную природу сил, дарованных им Стихией. А еще – осознать, кто же им по-настоящему дорог.
© Е. В. Коробова, 2020
© Ю. С. Биленко, 2021
© ООО «Издательство „Абрикос“», 2022
«Область Себерии все еще не включена в пределы Рубежа. Последняя попытка не увенчалась успехом…
…На сегодняшний день имеется выход ко всем океанам, необходимо укреплять позиции флота.
Мы видим большие трудности в том, что подавляющая часть творцов, а также наиболее сильные мастера сосредоточены здесь, в столице, что значительно усложняет контроль над берущими в других городах, а также способствует возникновению бунтов…
По мере расширения Рубежа Стихий необходимо и усиление частей, контролирующих его неприступность, целостность и непроницаемость.
…на данный момент ресурсы, сосредоточенные внутри Рубежа, покрывают все потребности жителей империи.
Император един, и власть его неоспорима.
Неповиновение всякого карается смертью».
Окна детской выходили на закрытый садик, нарядный даже в эту пору. Творцы Земли, служившие при Дворе, отлично потрудились здесь: на фоне сочной травы горели всполохи поздних цветов, на ветвях кустов поспевали ягоды, нигде не было видно ни одного опавшего листа. По подстриженной лужайке бегали два белоснежных кролика Анны. Маленький, счастливый мирок, надежно спрятанный от посторонних глаз. Где-то там, за его границами, была совсем другая жизнь. Там столица империи – Предел, а вокруг него – Элемента (Мария всегда думала о ней как о чем-то едином и живом, словно об огромном ненасытном монстре) распласталась своим железным брюхом по всему континенту: от Себерии до опаленных песков Ангории. Ужасающая, великолепная, заключенная в Рубеж Стихий, полнокровная и алчная – она вся принадлежала и ей тоже. Как обычно, Марии сделалось жутко от этой мысли. Словно почувствовав страх матери, Анна и Авель завозились во сне.
Застыв, Мария наблюдала, как солнечные зайчики пляшут по лицам дремлющих детей. Малыши то и дело недовольно хмурились и терли глазки, Анна что-то рассерженно пролепетала сквозь сон. Даже сейчас она была напористее и громче своего робкого далла, который в итоге просто сполз на другой край подушки. У Марии сжалось сердце. Она сердитым шепотом приказала служанке задвинуть шторы.
Аврум опаздывал. Едва ли больше пяти раз за жизнь Он бывал в комнате, и Мария даже на секунду позволила себе усомниться, что Его Величество вспомнит дорогу.
Будто в ответ на эту мысль за спиной раздался звук осторожных шагов.
– Выйди, – без приветствия бросил Аврум опешившей служанке, только закончившей возиться со шторами.
Мария обернулась.
– Ваше Величество?
Она устала от этого. Так устала, что хотелось взвыть. Иногда, развлечения ради, она представляла, как кричит на Него, швыряет вещи, крушит все вокруг себя и туго натянутая струна внутри нее наконец-то лопается. Потом она хватает детей и убегает куда-то очень далеко за Рубеж, туда, где тихо и безопасно, где жизнь в вечном страхе покажется им всем ночным кошмаром. Но такого места не существовало, и Марии это было известно лучше, чем остальным.
– На этот раз это не просто бунт, Мария.
Она вновь обернулась к спящим малышам. Всякий раз наступает новый день, и приходится открывать глаза и делать еще один маленький шаг вперед. Держать голову высоко поднятой и стоять за Его плечом, так упрямо и бесстрашно. Быть причастной к тайнам, о которых она предпочла бы никогда не знать.
– У нас есть основания подозревать, что они попытаются повторить ту историю и на этот раз пойдут до конца.
Ее всегда поражало, насколько тихо звучал Его голос в обычной жизни. Иногда даже приходилось напрягать слух, чтобы разобрать то, что Он говорит. Как будто так Аврум отдыхал от громогласных речей и приказов, сопровождавших каждый его день. С ней Он мог позволить себе звучать иначе.
