Чем дольше я лежала там, тем больше моя печаль перерастала в стальную решимость. За моей спиной была моя семья. Семья Эрика. Келли. Джулиус. Сегодня мы сражались с этими кусачими и выжили. Я была уверена, что мы сможем продолжать в том же духе. Вместе мы были маленькой армией. Пугающе могущественной и устрашающе защищающей наших близких. Пока мы можем продолжать работать вместе и забыть о наших разногласиях, ничто не сможет остановить нас. Я знала, что являюсь жизненно важным связующим звеном между двумя противоборствующими сторонами. Мостом между истребителями и вампирами. Поэтому я должна была быть сильной и позаботиться о том, чтобы хрупкие узы, связывающие их, никогда не ослабевали.
Раздался стук в дверь, и я выпрямилась, вырываясь из задумчивости. — Войдите.
Кларисса вошла в дверь, выглядя свежевымытой, в шелковом халате, а от ее кожи исходил аромат кокосового мыла. Но запах был ничем по сравнению с содержимым флакона в ее руке.
Я обнажила клыки, не в силах сдержаться, вскочила с кровати и бросилась к ней. Я уперлась пятками, заставляя себя остановиться, когда мои пальцы дернулись от необходимости выхватить бутылку из ее хватки.
— Все в порядке. Вот, она из Сферы «А». — Она протянула его мне, и я стиснула зубы, презирая эту часть проклятия больше всего на свете.
Я с трудом сглотнула комок в горле, у меня не было выбора, когда я брала у нее кровь. Я была бесполезна для Эрика, если не смогу сосредоточиться. А без крови жажда только усилилась бы, опутав меня сетью. Был только один способ избежать этой участи.
Открутив колпачок, я закрыла глаза и растворилась в дразнящем аромате. Я начала пить, и густая жидкость покатилась по моему языку, такая сладкая и питательная. Я проглотила каждую каплю, издав рычание, когда закончила, жаждая большего.
— Это пройдет, — пообещала Кларисса. — Этого достаточно, чтобы насытить тебя.
Я кивнула, впиваясь клыками в язык, чтобы попытаться побороть когтистое желание найти еще крови. Я моргнула, и туман в голове медленно рассеялся, возвращая меня к себе. В тот момент я была рада, что решила спать отдельно от Келли. Я не хотела, чтобы она видела, как я ем. И в ту же секунду, как мы прибыли в замок, я поняла, что проклятие снова вцепилось в меня. Чем меньше она будет видеть эту мою сторону, тем лучше.
— Уже лучше? — спросила она, и я кивнула, вздохнув с облегчением. Она улыбнулась, но в ее глазах была печаль. — Как ты приспосабливаешься?
Я пожевала нижнюю губу, пожимая плечами. — Все в порядке. Я имею в виду, все не так плохо, как я думала. Но эта история с кровью… — Я вздрогнула. — Я чувствую себя предательницей людей. Как будто я все еще одна из них, но в то же время почему-то нет.
— Может быть, однажды мы снова станем людьми, — сказала она, и ее глаза загорелись от этой надежды. — Эрик сказал, ты близка к разгадке пророчества?
Я кивнула, но эта возможность не принесла мне того облегчения, которое я испытывала в прошлом. Пока Эрик и Магнар были в беде, мы с Келли не сможем сосредоточиться ни на чем, кроме их спасения.
— Почему ты хочешь быть человеком? — Спросила я, вспомнив этот вопрос. — Я имею в виду, у тебя здесь есть все. Это из-за жажды?
Она прижалась спиной к двери, и та со щелчком закрылась, пока она играла с поясом своего халата. — Отчасти да. Она всегда была тяжким бременем. Но я… — Она взглянула на меня, казалось, раздумывая, стоит ли продолжать. — Я не хочу тебя расстраивать.
— Почему это может меня расстроить?
— Потому что, когда ты поймешь, что потеряла, ты поймешь, почему это самое страшное проклятие. Особенно для женщины.
Мой рот приоткрылся, когда я поняла, что она имела в виду. — Ты хочешь детей?
Она кивнула, и в ее голубых глазах заблестели слезы. — Я думала, что если смогу полюбить мужчину, этого будет достаточно. Но даже это оказалось невозможным. Я не знаю, проклятие это или просто… я.
Мое сердце дрогнуло от ее слов. Как могла такая красивая женщина, как Кларисса, не найти свою любовь? И, несмотря на ее красоту, я начала замечать в ней теплоту. Доброту. Она была добра ко мне, хотя ее намерения не всегда были направлены в мою пользу.
— Я люблю своих племянников и племянниц, — продолжала Кларисса. — Не пойми меня неправильно, я очень счастлива, что у меня такая жизнь. Но этого никогда не будет достаточно.
— Где дети? — спросила я.
— Жены Майлза и Фабиана живут с ними в пригороде. Они защищены. Человеческая кровь все еще течет в их жилах, пока они не достигнут совершеннолетия. До восемнадцати лет они уязвимы для нашего вида, а потом становятся все более похожими на нас. Бессмертными, невосприимчивыми к течению времени. Хотя некоторые из них наследуют дары истребителей. Но проклятие все равно ложится на них…
Я потянулась и положила ладонь ей на плечо. — Мы разрушим его, — поклялась я.
— Но что, если мы этого не сделаем? — прошептала она. — Что, если ответа никогда не было? Что, если это просто загадка, чтобы свести нас с ума?
