Пока мы переговаривались, Ма Сульхэ сменил тактику. Если медленное прохаживание из стороны в сторону можно назвать таковой. Его сапфировые глаза неотрывно следили за каждым движением солнечного бога, который с лёгкой ухмылкой наблюдал за своим противником.
– Благодарю вас за оказанный мне тёплый приём, господин Ма Сульхэ, но мы торопимся. Не хотим нарваться на вражескую армию, кто знает, сможем ли мы оказать достойное сопротивление войскам Лунного пантеона. Поэтому, не могли бы вы отойти в сторону? – солнечный бог говорил так учтиво, что я с уважением поглядел на него. Даже в пылу сражения, если эти пляски можно таковым назвать, он с почтением относится к своему врагу.
Ма Сульхэ слегка скривил губы, видимо, улыбнулся.
– Свергнутый бог, обессиленное священное орудие, смертный и бог, которого презирает вся Небесная Твердь. Вы недооцениваете мои способности, считая, что я не смогу дать вам отпор?
Бог, которого презирают? О котором из двух богов идёт речь?
Я быстро оглянулся на Ма Онши, он, нахмурив брови, о чём-то размышлял. Заметив мой взгляд, он ухмыльнулся. Чему? Я что один тут ничего не понимаю?
– Простите, если оскорбил вас, Ма Сульхэ, – приподнял руки солнечный бог. – Если бы я вас недооценивал, мы бы сейчас не разговаривали. Наслышан о ваших способностях, Гроза драконов Восточного моря, рад, что смог лично встретиться с вами и помериться силой.
Оскорбил, недооценивал, наслышан, рад – и всё это только в одном предложении. Говорил же этому Ейрхе, что солнечный бог мужчина, а он что – твердил мне об обратном. Посмотрим, что он скажет, когда вернётся. Наверняка сделает вид, что и не говорил подобного, выставив меня дураком. Впрочем, все, как обычно.
Я услышал короткий смешок рядом и тут же обернулся. Ма Онши… Что это с ним? Бывший господин Ейрхы с таким лицом сейчас глядел на солнечного бога, что я испугался за его рассудок. Ма Онши был радостен и зол одновременно, если такое вообще возможно. Странный он, хотя – редко можно встретить бога без сумасбродных заморочек. Мы, бывшие смертные, несмотря на то что перешли порог смерти и встали на одну ступень с бессмертными богами, всё равно далеки от сумасшествия существ, прозябающих в вечности. Боги в этом плане побили все рекорды безумия.
– В таком случае, почему бы вам не достать своё священное орудие, – обратился к солнечному богу Ма Сульхэ, – ему не терпится в бой, как я погляжу.
Я взглянул за спину солнечного бога и удивленно присвистнул: Ейрха, обращенный в орудие, испускал сейчас золотистые искры, которые снопом срывались с хрустальной поверхности лука. Ого, в самом деле, аж дрожит от нетерпения. Чего это он так завелся? Хотя, много ли ему нужно, чтобы выйти из себя. Уж я-то знаю, что этот жеманный варвар с полпинка заводится.
– А почему бы и не достать, – пожал плечами солнечный бог, протягивая руку за спину, – я ведь так и не ответил на ваши «правила приличия», а это так невежливо с моей стороны.
Солнечный бог резким движением вытащил лук из-за спины, одним пальцем натянул мигом возникшую золотистую тетиву и спустил её, выпуская ослепительно яркую стрелу, словно сотканную из солнечного света. Стрела прочертила в погустевшем воздухе ровную линию, отчего на миг все вокруг будто расплавилось. Я наскоро выставил защиту фантома и прищурился, прикрывая глаза рукой, в полной уверенности, что от Ма Сульхэ ничего не осталось. Конечно, как бог в обличие ребенка, без доспеха мог остановить столь мощную атаку.
Но, видимо, как-то всё же смог.
Потому что, когда вспышка света иссякла, и я отнял от лица руку, Ма Сульхэ стоял как ни в чем не бывало, даже его дурацкая прическа не сбилась. Лунный бог стоял в облаке серебристого сияния, подняв хрупкую на вид ладонь, сжатую в кулак. Неужели он остановил стрелу одним лишь кулаком? Или же… Поймал?
– Щекотно, – только и произнёс Ма Сульхэ, слегка разжимая ладонь, из неё вырвался сноп искр и посыпался ему под ноги, золотистые вспышки света устроили безумную пляску, прежде чем раствориться во тьме. Он что, раскрошил стрелу, сотканную из духовной энергии? Нет, конечно, я всякого повидал, но крошить энергию? Это что-то новенькое.
– Я ожидал чего-то более мощного, – с легким недовольством Ма Сульхэ отряхнул ладонь, – только не говорите мне, что сдерживались.
Сдерживался? Да этот солнечный бог столько энергии вложил в эту стрелу, что я чуть не ослеп. Я! Тот, кто уже давненько умер. Если бы тут был смертный, его очи давно бы расплавились вместе с ним самим. Смертный…
Я опустил взгляд: Джун лежал у моих ног в беспробудном беспамятстве, он был бледен, но я отчетливо видел, как энергия его души течет по смертному телу. Жив. Этот паренек оказался крепким, любой бы на его месте от такого выброса энергии превратился в пепел.
– Тут становится жарковато, – непринужденно произнёс солнечный бог, натягивая тетиву. Новый сноп золотистых лучей уже складывался в стрелу, – если мы продолжим в том же духе, ваш свергнутый племянник превратится в божественный пепел. Это ничего?
Племянник? Это он о ком?
