Два мага — как он и думал. У обоих на лицах заметная усталость. Видимо, они не позволяли себе отдыхать так, как Ксанадр.
— Без обид, друг, но тебе придется ответить за свои преступления, — сказал Шиас и, не дожидаясь, пока Нилас поставит щит, тут же атаковал.
Ксанадр сделал кувырок назад и скатился за блок. Что-то пронеслось рядом, едва не коснувшись его спины, и отрезало приличный кусок ткани. Он быстро избавился от рубахи.
Ксанадр бросился бежать. Перед ним оказался довольно резкий спуск.
— Стой, ***, — услышал он.
«Нет времени думать». Парень на бегу приложил ладонь к стене.
— Сдвиг.
Большая часть стены подалась вперёд. Послышался треск, после чего она рухнула, а за ней посыпалась чёрная земля. Проход продолжал трещать и обваливаться. Вместе с землёй полетели камни, один из которых, размером с кулак, врезался в спину Ксанадра. Тот резко выдохнул, споткнулся и кубарем полетел вниз. Инстинктивно выставил руки вперёд. Упал грудью на лестницу и прокатился до конца.
Ксанадр тут же через силу поднялся. Грудь болела, но ещё больше давала о себе знать спина. Он заковылял вперёд, но его ноги тут же увязли в земле, и он упал. Мелкий камешек ударил его по затылку.
Пытаясь успокоить своё тяжелое дыхание, Ксанадр прислушался. Абсолютная тишина. Если маги и говорили что-то, их голоса не могли пробиться через толстый завал из земли и камней. Он почувствовал, как заныли его шрамы на спине и груди.
Почему-то Ксанадр вспомнил историю, подслушанную в одной таверне. Был на свете мужичок. Обычный человек с обычной семьёй — женой и сыном. И вдруг он заболел опасной болезнью со смешным, но заковыристым названием. Казалось, всё потеряно. Но мужик откуда-то узнал про траву, именуемую стопстромом. Дескать, она может помочь ему. Втайне ото всех он начал принимать её, с каждым днём увеличивая количество. Пока однажды стопстром не свёл его с ума. В тот день он зарезал свою жену и задушил сына, а потом и сам умер. Ирония в том, что трава действительно могла помочь ему, только её следовало отварить, чтобы из неё ушли все отравляющие вещества, а полученную жидкость слить. Но мужик то ли прослушал, то ли ему об этом не сказали. Как же называлась та болезнь? Ксанадр не помнил, но был уверен, что название забавное.
Он медленно потянулся. Всё тело было в царапинах. «Крепко же меня приложило», — подумал парень. Почему-то вся эта ситуация показалась ему смешной. Маги столько гнались за ним, чтобы в итоге потерпеть поражение. Одно обнадёживает — он жив, а они… кто их знает. Ксанадр надеялся, что своды подземелья обрушились им на голову. Проблем будет меньше.
IX
Тупик. Ксанадр посмотрел на пол, на котором был изображен красный круг, внутри которого разгорался костёр, обжигающий воткнутый в него меч. Что это означает, парень понятия не имел. Может, это чья-то гробница, и рисунок являлся фамильным гербом или чем-то вроде?
Осмотревшись, он заметил деревянную дверь. Подошёл к ней. «Явно сделана наспех, — подумал Ксанадр. — Да и не подходит она к этому месту». Он осторожно открыл её и оказался в небольшой комнате. У противоположной стены лежали два скелета, закованные в оковы. У обоих были проломлены черепа. В углу валялись мешки, забитые чем-то. Парень не стал выяснять, чем именно. Его заинтересовало другое.
Одна из стен оказалась пробита. Трудно сказать, кто это сделал и чем. Может, археологи, может, кто-то ещё. В любом случае это оказалось последнее место, освещённое факелами. За стеной вниз вела деревянная лестница, шаткая и ненадежная.
Факел, который Ксанадр взял с собой из лагеря, остался где-то там, в завале, в спешке брошенный и одинокий. Парень вернулся в предыдущую комнату, взял два почти догоревших факела и глубоко вздохнул. Резко задержал дыхание. Что-то не то было с воздухом. Он снова вдохнул и выдохнул.
— Надеюсь, это не то, о чём я думаю.
Один из факелов он присыпал землей, чтобы потушить, и погасший закрепил у себя на поясе. Со вторым он проделал то же самое, после чего приложил ладонь к концу факела.
— Гори, — сказал парень и резко отдёрнул руку.
Заново рожденный огонь радостно вспыхнул, почувствовав в себе новую и недолгую жизнь. Очень скоро такой факел придёт в негодность.
Затем Ксанадр отправился вниз, по скрипучим ступенькам, стараясь идти как можно осторожнее. Всей кожей чувствуя, насколько старая лестница, парень надеялся, что она выдержит и не рухнет под ним. Одного головокружительного падения ему сегодня хватило.
На ходу Ксанадр осматривал небольшой тоннель. Его прокопали, аккуратно закрепив такими же старыми деревянными стойками, что совсем не воодушевляло. Но ведь это не значит, что всё обвалится именно сейчас? Между тем тоннель закончился, и он попал в очередную комнату.
X
Парень почувствовал, как тепло пламени едва коснулось его руки. Он выкинул факел, и тут же раздался всплеск, факел погас. Ксанадр прикоснулся к концу второго факела.
— Гори.
Снова отдёрнул руку, но жар огня всё равно успел его укусить. Ксанадр поморщился и потряс рукой.