Забытый язык полностью

«Итак, указанные сны должно рассматривать или как причины, или как приметы наступления событий, или как совпадения; таковы они все, или некоторые, или всего один. Я употребляю слово «причины» в том же смысле, в каком луна – [причина] затмения солнца или в каком усталость – [причина] лихорадки; «примета» же [в том же смысле, в каком] сокрытие звезды в тени – знамение затмения или [в каком] шершавость языка – примета лихорадки, в то время как под «совпадением» я понимаю, например, затмение солнца в тот момент, когда кто-то вышел на прогулку, потому что прогулка – не примета и не причина затмения, также как затмение – [не примета и не причина] прогулки. По этой причине никакое совпадение не происходит по универсальному или общему закону. Не следует ли тогда нам сказать, что некоторые сны – причины, другие – приметы событий в телесном организме? В любом случае даже ученые врачи говорят нам, что следует обращать пристальное внимание на сновидения; такой же точки зрения разумно придерживаться тем, кто не лечит людей, а размышляет и философствует. Ибо движения [тела], случающиеся днем, если только не очень сильны или яростны, незаметны по сравнению с более выразительными движениями во время бодрствования. Во сне же происходит обратное, потому что даже мелкие движения кажутся значительными. Это ясно видно, когда во сне, например, людям кажется, что они поражены громом и молнией, а в действительности у них лишь слегка звенит в ушах, или когда они наслаждаются медом или другими сладостями, а [по их гортани] всего лишь скользит капелька мокроты, или когда им кажется, что они идут сквозь огонь и чувствуют сильный жар, а на самом деле лишь какие-то части тела слегка нагрелись. Когда они просыпаются, эти явления предстают перед ними в своем истинном виде. Однако поскольку все эти события мелки, ясно, что таково и начало болезней или других явлений в наших телах. В заключение скажу: очевидно, это начало более заметно во сне, чем наяву.

Кроме того, вполне вероятно, что некоторые образы, предстающие перед нашим разумом во сне, могут даже быть причиной родственных им действий. Потому что когда мы собираемся действовать [во время бодрствования], или заняты какими-то деяниями, или уже совершили определенные поступки, мы часто обнаруживаем, что эти действия занимают нас или мы совершаем их в ярком сне; причина того в том, что движение во сне идет по пути, проложенному исходными действиями в дневное время; в точности то же самое, но наоборот, должно быть, случается, когда движения, совершенные во сне, дают начало действиям, которые совершатся днем, поскольку повторятся мысли о них, дорогу которым вымостили возникшие перед разумом во сне образы. Так что вполне можно себе представить, что некоторые сновидения могут быть приметами или причинами [будущих событий].

Большинство [так называемых пророческих] сновидений, впрочем, следует рассматривать как простые совпадения, особенно все нелепые и те, к исполнению которых видящий сон не имеет отношения, как, например, в случае морского сражения или чего-то, происходящего в дальних краях. Что касается таких, то естественно было бы, что все так и бывает, как когда человек, упомянув о чем-то, узнает, что именно это и происходит. Почему же этому не случаться и во сне? Скорее вероятно, что во многих случаях именно это и имеет место. Ведь упоминание о каком-то человеке не служит ни причиной, ни приметой его появления, так и сон для того, кто его видит, не является причиной или приметой его [так называемого] исполнения. Отсюда следует и тот факт, что многие сновидения не сбываются, потому что совпадения не происходят по какому-то универсальному или общему закону»[23].

Созданная римлянами теория сновидений довольно близко следует принципам, разработанным греками, но не всегда достигает той же ясности и глубины, какие мы находим у Платона и Аристотеля. Лукреций в поэме «О природе вещей» близко подходит к фрейдовской теории исполнения желаний, хотя и без акцента на иррациональной природе этих желаний. Он утверждает, что наши сны касаются вещей, занимающих нас днем, или телесных потребностей, удовлетворяемых во сне.