Идя домой, по полевой тропе, Стенсер вспоминал слова домового и размышлял: «В самом деле, помогать животным — пустая трата сил и времени… но, даже так… А пёс его знает! К чему думать и пытаться найти решения для всех возможных случаев? Случиться, тогда и подумаю! А пока…»
Стенсер вспомнил об обещание летуну найти траву: «Как же она? Фиолетовый, крупный и пушистый цветок на длинной-длинной ножке… ну и где я его…» — думал Стенсер, но увидев фиолетовый, покачивавшийся на ветру цветок, воскликнул. — О!
Вернувшись к своему новому дому, Стенсер прошёл сразу к бурьяну — дому юного приятеля-летуна. И, присев, голыми руками разрывал землю. Порядочно перепачкался, умаялся, но посадил-таки принесённое с собой растение.
Стенсер позвал крылатого мальчишку, но тот не отзывался. Улыбнувшись, мужчина сказал вслух:
— Ну, я слово своё сдержал. Надеюсь, тебе понравится.
Однажды Стенсер потерял счёт времени и только вечером пошёл на речку. Как назло, поплавок совсем редко вздрагивал, почти всегда спокойно покачивался на речной волне. Время шло, небо заметно темнело, сгущались сумерки, а на крючок попались только несколько рыбок. И речник не показывался, хотя обычно, при любом случае напоминал Стенсеру об его обещание.
«Похоже, ему надоело ждать» — подумал мужчина, а в голове возник образ, как речник, не вытерпев, хватает его за ноги и рывком сбрасывает в воду, а после, без усилий, топит на каменистом дне.
Поёжившись, мужчина ещё раз глянул в ведро, — там было всего несколько рыбок, но, Стенсер подумал: «Пора и честь знать… а то ведь и в правду утопит!»
Поднимаясь на ноги, помог рукой, — оттолкнулся от земли. И тут началась череда странностей: Ладонь обожгло холодом, дыхание вырывалось пышными клубами пара, а под ногами хрустела ледяная корка.
«Когда успело так похолодать? — спрашивал он себя, уходя от реки. — Да и как я не заметил?»
На этом странности наступающей ночи не прекратились.
Стенсер успел обвыкнуться. Ходить на речку и от неё домой стало чем-то привычным. Порой даже казалось, что путь туда и оттуда он с лёгкостью сможет отыскать и в кромешной темноте… только мужчина заплутал и, обогнув холм, вышел туда, откуда вышел. Он ещё раз пошёл, как обычно возвращался домой, только вновь оказался там же, у реки.
«Да как такое возможно?» — думал он, приходя в отчаяние.
Ещё одна попытка чуть ли не стала пыткой. Он вновь вернулся туда, откуда уходил. Стенсер с трудом держался на подгибавшихся ногах. Оглядывался кругом и видел знакомое место, но, казалось, темнота преобразила всё и своим безмолвием подавляла его. Руки разжались сами собой и, удочка беззвучно упала, но ведро протяжно брякнуло. Одна рыбина, что крупнее других, подпрыгивая, стала медленно удирать в сторону реки.
Точно кто-то подрубил нити марионетки, — Стенсер почувствовал вначале дрожь в коленях, но после, как будто получив удар, упал коленями на землю.
Мысли лихорадочно работали, прыгали с одной догадки на другую, но никак не удавалось понять: «Что же происходит?»
Потребовалось какое-то время, чтобы испуг перестал так явно маячить перед глазами, а в голове возникла мысль: «Сидя тут я делу ничем не помогу… нужно что-то делать, а то так и останусь тут… навечно» — мысленно произнеся последнее слово, Стенсер представил, как это может случиться. Вообразил себе, что встретит конечное пристанище там, у реки, на смерть, оголодав и не имея возможности что-то изменить.
Собравшись с духом, говоря себе, что нужно быть твёрже, мужчина поднялся на ноги и вновь огляделся. Местность и в самом деле была та, которую он успел запомнить, только что-то в ней неуловимо изменилось. Стенсер размышлял на этот счёт и пришёл к выводу, что появился не только мрак: «Есть что-то ещё, что я упускаю из вида. Что-то, что я чувствую, но не замечаю…»
Потребовалось чуть больше минуты, чтобы Стенсер, несколько раз бегло глянув на холм, задержал на нём взгляд. Подняв голову, посмотрел на вершину с низкой травой. И только после этого, ругая себя за невнимательность, схватив ведро и удочку, торопливо взбежал на холм.
Он стоял там, на самом верху холма. Его ноги по щиколотку скрывались в слабой траве. И он смотрел вверх, на небо. Облака торопливо затягивали тёмный небосвод. Луна, выглядывая сквозь не плотные облака, пыталась освещать землю, но с каждой минутой ей это удавалось заметно хуже.
Мужчина перевёл взгляд с неба на травы у себя под ногами. Они не двигались, точно уснули. И воздух ощутимо сгустился.
«Разве такое возможно? На верху ужаснейший ветер, а на земле — полное безветрие».
После этого Стенсер стал оглядывать знакомую местность. Он видел ту плохо нахоженную дорогу, которую успел проложить сквозь заросли трав. Увидел и крыши домов теперь такой далёкой деревни. И с грустью подумал, что мог бы уже быть дома, в тепле, с сытным ужином в руках, а спустя немного времени на своей, ставшей в ночном холоде родной, лежанке.
«Нужно попробовать ещё раз» — решил он для себя, вспоминая те мысли, которые посетили его на берегу реки. — «А если не получится, попробовать ещё раз… и ещё… и до тех пор, пока не выберусь домой!»
