Сэм и Дин смотрели вверх, открыв рты и отступая назад, когда сверху раздался пронзительный визг — этот кошмарный оглушительный «истинный голос», который Дин уже однажды слышал от Кастиэля.
Сэм и Дин зажали уши руками и повалились на колени.
Ангел помедлил над ними, потом развернулся и умчался обратно к горизонту, сжавшись плотнее, пока не превратился в одну маленькую точку белого света. Потом и точка исчезла.
Сэм и Дин оба остались стоять на коленях на дороге, съежившись.
— Е-мое, — произнес Дин. — Это был ангел?
— Думаю, они раньше не разворачивались перед нами в полный размер, — заметил Сэм. — Помнишь, Кас как-то сказал, что его истинное обличье — размером с небоскреб Крайслер?
— Я решил, что он приукрасил, — произнес Дин слабо. Это что же получается, Кастиэль на самом деле выглядел так? (До того, как потерял благодать, во всяком случае.) Как он мог выносить заточение в тесном маленьком человеческом теле? — Ну, во всяком случае, теперь мы знаем, куда ехать, — сказал Дин.
Они вернулись в Импалу, и Дин направился к тому месту, где исчезла точка ангельского света. Всего через несколько миль они оказались у огороженной забором границы района охраны диких животных. Им пришлось запарковаться у закрытых ворот рядом с какими-то тополями. Дин открыл багажник, и они набрали столько оружия, сколько могли унести.
— Возможно, мы уже опоздали, — сказал Дин, захлопнув багажник.
— Я знаю.
— Будет рискованно.
— Знаю.
— Тебе не обязательно идти.
Сэм слабо улыбнулся.
— Это мой выбор, Дин.
Дин кивнул ему.
— Просто хотел убедиться. — Он указал на забор. — Хочешь пойти первым? — Это был не праздный вопрос; он означал: «Я позволю тебе рискнуть собой, если таково твое решение».
Сэм только кивнул, слегка улыбнувшись. И полез через забор. Первым.
Почти сразу же из-за одного из тополей вышла седовласая пожилая женщина.
— О… так тут ничего интересного, — сказала она равнодушно. — Вы просто люди. — Она щелкнула пальцами, и Дин почувствовал, как его рука разжалась, выронив дробовик. Сэм тоже уронил ружье. Прямо как было с Калкариилом.
Зифиус.
Женщина — Зифиус, Дин был уверен, — посмотрела на небо.
— Полагаю, веселье окончено, — сказала она. — Была надежда, что он продержится дольше, но человеческие тела такие слабые… Так требовательны к температуре, так хрупки… — Она вздохнула. — По крайней мере, он заплатил. Он наконец заплатил за все.
— Кастиэль? — отважился спросить Дин.
Женщина резко посмотрела на него.
— Вы о нем слышали? Вы кто, охотники?
— Где он? — спросил Дин.
— О, — сказала женщина-Зифиус со вздохом. — Кастиэль мертв. Он умер уже несколько часов назад. И теперь мне скучно.
========== Глава 24. Вода и лед ==========
— Что? — пролепетал Дин едва слышно.
— Мне так хотелось, чтобы он продержался дольше, — сказала женщина-Зифиус, отвернувшись от Дина и глядя в ночь. Она начала осматривать горизонт, уперев руки в бедра и хмурясь с легким беспокойством, как будто искала потерявшуюся корову.
— Что? — повторил Дин. У него никак не получалось осмыслить, что Зифиус только что сказала «Кастиэль мертв».
Кас, мертв?
Это не могло быть правдой. Должно быть, Дин неверно расслышал.
— Что ты сказала? Что? — переспросил Дин снова. Сэм замер рядом, по всей видимости, в таком же состоянии абсолютной растерянности.
Зифиус кратко взглянула на них с легким удивлением, как будто уже забыла, что они рядом. Сложив руки на груди, она снова отвернулась.
— Он… мертв? — переспросил Сэм.
Зифиус лишь осматривала горизонт.
— Если честно, это было досадно, — сказала она. — Учитывая огромную вину, которую он должен был искупить, — за все, что он сделал. Вы — охотники, так что, наверняка, слышали о его деяниях: он взбунтовался, предотвратил апокалипсис и помешал плану Господа. Потом убил Рафаила и его армию просто за то, что бедный Рафаил хотел воплотить Божий план! И, конечно, в прошлом году он запер Рай. А теперь еще и убил моего брата Калкариила. — Тут старушка сделала паузу и горестно сглотнула, на мгновение опустив голову и глядя на покрытую инеем землю.
Эта оболочка Зифиуса до смешного походила на стереотипную бабушку: маленькая и круглая, с седыми волосами, собранными в пучок. На носу у нее даже были очки для чтения. Бабушка со вздохом подняла голову и произнесла:
