— Я не говорила, потому что не хотела, чтобы она знала, где я была.
— Кто — она?
Медленно, осторожно Элиза подошла ближе.
— Другая кузина.
— Какая еще другая кузина? — Девчонка говорит какую-то бессмыслицу. Розе начинало казаться, что та попросту глуповата. — Я не знаю, о чем ты говоришь, — сказала она. — Никакой другой кузины нет.
— Это секрет. Ее держат взаперти наверху.
— Ты выдумываешь. Зачем кому-то держать ее в секрете?
— Меня-то они держали в секрете!
— Они не запирали тебя наверху.
— Это потому, что я не опасна.
Элиза на цыпочках прокралась к двери детской, слегка приоткрыла ее, выглянула наружу и тяжело вздохнула
— Что? — испугалась Роза.
— Шшш! — Элиза прижала палец к губам. — Нельзя чтобы она знала, что мы здесь.
Роза широко открыла глаза.
— Почему?
Элиза на цыпочках вернулась к креслу. В сумерках мерцающий огонь камина бросал на ее лицо жутковатые отблески.
— Наша другая кузина, — сообщила она, — сумасшедшая.
— Сумасшедшая?
— Абсолютно. — Элиза понизила голос, и Розе пришлось наклониться поближе, чтобы расслышать. — Она была заперта на чердаке с самого детства, но кто-то выпустил ее.
— Кто?
— Один из призраков. Призрак старой женщины, очень толстой старой женщины.
— Бабушка, — прошептала Роза.
— Шшш! — воскликнула Элиза. — Слушай! Шаги…
Роза чувствовала, как ее бедное слабое сердце колотится в груди, точно птичка.
Элиза вскочила на подлокотник Розиного кресла.
— Она идет!
Дверь отворилась, и Роза завизжала. Элиза усмехнулась, а леди Мунтраше задохнулась от возмущения.
— Что ты там делаешь, гадкая девчонка? — прошипела она, быстро переводя взгляд с Элизы на Розу и обратно. Юные дамы не сидят верхом на мебели. Тебе же велели не двигаться. — Она громко дышала. — Ты не пострадала, Розочка?
Роза покачала головой.
— Нет, мама.
Краткое мгновение леди Мунтраше казалась непривычно растерянной, Роза даже почти испугалась, что она заплачет. Затем Аделина схватила Элизу под локоть и повела к двери.
— Испорченная девчонка! Сегодня останешься без ужина. — Знакомая сталь вернулась в ее голос. — И впредь тоже будешь оставаться без ужина. До тех пор, пока не научишься поступать, как тебе говорят. Я — хозяйка этого дома, и ты будешь мне повиноваться…
Дверь закрылась, и Роза снова осталась одна, погруженная в раздумья о любопытном повороте событий. Она вспоминала волнение, вызванное рассказом Элизы, необычный приятный страх, пробежавший по спине, ужасный и чудесный призрак сумасшедшей другой кузины. Но более всего Розу заинтриговала трещина в обычно нерушимом самообладании матери. В тот миг прочные границы мира Розы треснули.
Все стало не так, как прежде. И оттого в висках у Розы колотилась неожиданная, необъяснимая, неподдельная радость.
Цвета здесь были другими. Кассандра прежде не понимала, насколько резким является австралийское сияние, пока не познакомилась с деликатным корнуоллским светом. Она задумалась, как воспроизвела бы его на палитре, — и поразилась, что подобная мысль вообще пришла ей в голову. Кассандра откусила кусочек гренки с маслом. Она рассеянно жевала, глядя на ряд деревьев вдоль утеса. Закрыв один глаз, Кассандра подняла указательный палец, чтобы провести по их макушкам.
Вдруг чья-то тень упала на стол, и над ухом раздался голос:
— Кассандра? Кассандра Райан? — Подле стола стояла стройная женщина, с виду слегка за пятьдесят, пепельная блондинка, на ее веках переливались все цвета из коробочки с тенями. — Я — Джулия Беннет, владелица отеля «Чёренгорб».
Кассандра вытерла жирные пальцы о салфетку и пожала женщине руку.
— Приятно познакомиться.
Джулия указала на свободный стул.
— Не возражаете?
— Конечно нет, прошу вас.
Женщина села. Кассандра неуверенно ждала, гадая, не часть ли это индивидуального сервиса, которым угрожали в проспекте.
— Надеюсь, вам нравится у нас.
— Место чудесное.
Джулия посмотрела на девушку и улыбнулась, отчего на ее щеках заиграли ямочки.
— Знаете, вы очень похожи на бабушку. Но вам, наверное, все время об этом говорят.
Кассандра продолжала вежливо улыбаться, но в ее голове мигом вспорхнула стайка вопросов. Откуда незнакомка знает, кто она? Откуда она знает Нелл? Как ей удалось их связать?
Джулия засмеялась и заговорщически наклонилась к ней.
— Маленькая птичка напела мне, что девушка из Австралии, которая унаследовала коттедж, приехала в город. Тредженна — маленькая деревушка, не успеешь чихнуть на утесе Шарпстоун, как ребята в гавани уже обо всем знают.
Кассандра поняла, о какой птичке речь.
— Робин Джеймсон.
— Она вчера была здесь, пыталась завербовать меня в свой комитет предстоящего фестиваля, — пояснила Джулия. — Не удержалась и разболтала местные новости. Я сложила два и два и вспомнила даму, которая заглянула ко мне лет тридцать назад и просто спасла, избавив от коттеджа. Меня всегда интересовало, когда вернется ваша бабушка, я некоторое время наблюдала за ней. Она мне нравилась. Она всегда шла напрямик, верно?
Описание было столь точным, что Кассандра невольно задумалась, какими словами или поступками Нелл его затужила.
