Но к счастью, в этой безнадежности скрывается настоящая надежда для грешника. Арминианство же, делая эту безнадежность менее безнадежной, угашает яркое сияние надежды Евангелия. Посмотрите еще раз, с какими словами Сперджен обращался к своей многочисленной пастве в Экзетер-холле: «Вам, необращенным и не имеющим части и удела в сегодняшнем спасении, опять и опять я повторяю эти слова: человек, человек, твоя судьба в руке Божьей. Дойдешь ли ты сегодня живым до своего дома или нет, зависит исключительно от Его воли» 122. Повергал ли Сперджен этими словами людей в отчаяние? Нет, наоборот, он подталкивал их к Богу! Учение о благодати открывает нам, в каком безнадежном положении мы находимся, и сразу же дарует нам подлинную надежду. Оно свидетельствует, что Отец милости дарует нам всемогущую благодать, делая для нас то, что мы сами сделать не можем. «Кальвинизм дает вам в десять тысяч раз больше оснований для надежды, чем проповедник-арминианин, который говорит с кафедры: „Место есть для каждого, но нет никакой особой благодати, которая приводит людей к Богу. Если кто-то не хочет прийти, значит, не хочет, и все. В этом его вина, Бог не заставляет приходить к себе“. Слово Божье говорит, что никто не может прийти к Богу, тогда как арминианин говорит, что все могут. Бедный грешник чувствует, что он не может, однако арминианин во всеуслышание заявляет, что тот сможет, если захочет» 123. Когда человеку, достигшему этого отчаяния, говорят, что
Сперджен хорошо представлял себе, что такое настоящее осознание греха, он знал, что проповедь учения о непреодолимой благодати может лучше всего успокоить тех, кто уповает лишь на Бога. Он с радостью провозглашал, что человеческая беспомощность божественному всемогуществу не помеха: «Господь, спасая грешников, не спрашивает их, хотят ли они спастись. Подобно ураганному ветру, божественное действие сметает все препятствия; упрямое сердце ломается от мощного порыва ветра благодати. Бог вынуждает сдаться тех, кто сдаваться не хотел. Я знаю, что если бы Господь захотел, то сегодня не нашлось бы ни одного столь безнадежно порочного человека, который бы не был принужден сейчас же искать милости; с каким бы предубеждением он ни относился к Евангелию, стоит только Иегове захотеть — и он обратится. Человек, в твое темное сердце, никогда не видевшее света, проник бы свет. Если бы Он только сказал: „Да будет свет“, был бы свет. Ты можешь сжимать свои кулаки и кричать на Иегову, но Он все равно остается твоим Господином: Он может погубить тебя, если ты будешь продолжать упорствовать в своей порочности, а может и спасти прямо сейчас, изменив твое сердце и обратив твою волю так же, как Он обращает потоки вод» 127.
Проповедь, из которой взята последняя цитата, называется «Проповедь пробуждения». Она была сказана в январе 1860 года. Ее название напоминает нам, что Сперджен так твердо был уверен в Боге не только потому, что осмыслил учение, дарованное Духом, но и потому, что он чувствовал, что этот могущественный Дух сопровождает проповедь Слова. Никогда он не хвалился силой Божьей больше, чем в годы пробуждения.