– Вряд ли можно быть ближе! Пока мои родные не исчезли, мы с ним спали бок о бок всю нашу жизнь, каждый день. Мы вместе ели, играли. Я никогда не бывала одна, без него. – У меня перехватило горло. – Я должна и теперь быть с ним.
– Бесшерстная с крыльями, – сказал Сиффрин. – Она может оказаться очень важной.
– Но я никогда ее не видела в настоящей жизни! Ты ведь сам сказал, она очень далеко отсюда.
– Есть способы видеть, для которых никуда не надо ходить. Как я уже говорил, это редкое умение. Но если две лисы настолько близки, будто у них общее сердце, то их мысли могут иногда переплетаться, как ветки деревьев, что растут рядом. И можно кое-что ощутить в уме другого.
Мое сердце подскочило к самому горлу.
Я припала к земле, в ушах у меня защекотало. То, что говорил этот рыжий лис, просто не могло быть правдой…
– А поскольку вы с братом так близки… – Хвост Сиффрина бешено завертелся, когда я договорила за него:
– То я видела бесшерстную глазами Пайри.
В ближайшем здании загорелся свет. В его смутных лучах рыжая шкура Сиффрина вспыхнула, как тлеющие угли. Я прижалась к траве, гадая, прав ли этот лис насчет моего брата. Неужели Пайри действительно пересек Большую Путаницу и видел ту гигантскую крылатую бесшерстную, которую я мельком увидела во сне?
Надежда заставила мой мех зашевелиться.
– Ты думаешь, мой брат был там?
Хвост Сиффрина взметнулся над травой.
– Я не знаю, как еще объяснить то, что ты видела.
Трудно было представить, что благодаря какому-то сну мне удастся найти то место, где находится мой брат, и снова встретить своих родных, отыскав ту крылатую бесшерстную. Это казалось каким-то безумием. Но я вспомнила, что говорил папа: он оставил свой дом в Диких землях, потому что увидел во сне маму.
«Сны – это начало».
Мое сердце подпрыгивало от возбуждения, хвост колотил по земле – тук-тук-тук…
– Я должна идти! – взвизгнула я. – Он, наверное, все еще где-то там! Ведь я снова видела бесшерстную в последнем сне!
– Тот каменный двор находится на пути из Серых земель. Если мы не найдем Пайри, то отправимся прямиком в Дикие земли и я отведу тебя к Джане.
Мои губы дернулись. Я должна была найти Пайри!
– Ты можешь мне точно объяснить, где это? Я не стану больше тебя беспокоить. Уверена, ты и так слишком занят. Всеми этими… лисьими знаниями.
Мне не нравилось то, как он держался со мной, постоянно диктуя, что мы будем делать. Это ведь мои родные пропали, и именно я обязана была отыскать их.
Правое ухо Сиффрина опустилось, на морде отразилось легкое раздражение.
– Я ведь не Старейшина. Это они хранят лисьи знания. А я просто посланец. – Его хвост поднялся над травой и раздраженно завертелся. – Будет лучше, если я тебя провожу. Ночь полна всяких опасностей. А ты даже мышь поймать не можешь. И как ты собираешься защищаться?
– Я прекрасно могу позаботиться о себе, – холодно произнесла я.
Я отступила к деревянной норе, стараясь не встречаться взглядом с Сиффрином. Интересно, есть ли какой-нибудь способ найти ту крылатую бесшерстную без его помощи? Я пыталась вспомнить картинки из своего сна, но они расплывались в тенях.
– Что такое? – Сиффрин внимательно смотрел на меня, свесив голову набок.
Наверное, я вскрикнула.
Он наблюдал за тем, как я слегка встряхнулась и повернулась, чтобы обнюхать свой бок. Потом осторожно подняла заднюю лапу, вытянула ее.
– Все в порядке… но когда я думаю о той каменной бесшерстной в большом дворе, я себя плохо чувствую. Как будто там случилось что-то плохое. Запах углей… Это был запах стаи Карки.
Нос Сиффрина напрягся.
– Но ты ее по-прежнему видишь? Крылатую бесшерстную? Ты можешь представить тот двор, как будто ты там?
Я сказала «да», тихонько взвизгнув.
– Что ж, Пайри, возможно, в опасности… но он все еще жив.
Я насторожила уши:
– Ты правда в это веришь? Я бы не увидела ту бесшерстную, если бы…
Я не смогла договорить. Тревога вгрызалась в мой живот, когда я думала о брате. Неужели он там один, без мамы, папы и бабушки? Неужели те злобные лисицы поймали его и увели с собой?
– Идем, детеныш! – Сиффрин побежал вперед, призывая меня за собой. Он направился к тропе вдоль норы бесшерстных. – Если Пайри грозит беда, мы не должны терять время.
Он был прав. Сейчас значение имело лишь одно – поиск моих родных.
Я побежала за Сиффрином к дороге смерти. Он осторожно посматривал в обе стороны, потом пополз возле стены, и его рыжий мех растаял в тени. По моему телу пробежала волна облегчения, напряжение ушло с задних лап. Дело было не только в том, что Сиффрин собирался отвести меня к тому двору с каменной бесшерстной. Я, конечно, никогда бы ему в этом не призналась, но я чувствовала себя куда спокойнее рядом с этим рыжим лисом.
Однако, двигаясь за белым кончиком его хвоста, я должна была напомнить себе об осторожности.
