— О! У нас тоже есть нечто похожее, про половинки, — сказала Рина. — Только там говорится, что Бог сотворил сначала людей двуполыми, а потом разделил их на мужчин и женщин и, перемешав, расселил по миру. И с тех пор каждая половинка ищет свою, да не все находят.
— Ол, ты говорил, что оборотные живут от пятисот до семисот лет, а Ладоны даже тысячу. Истинные не могут жить друг без друга. Так? — Ольгер внимательно смотрел на говорившую Ладу. — А, если, Истинными окажутся Волк и Ладон, тогда как? Сколько они проживут? Жизнь-то у них единая.
— Они проживут жизнь Ладона.
— Ол, а в каком возрасте у вас выходят замуж, женятся? — спросила Маша.
— Обручаются не раньше первого оборота, если полюбили или встретили Истинных. А вообще семьи создают в разном возрасте. Мужчины лет до пятидесяти гуляют, а то и дольше. Особенно Ладоны. Жизнь-то долгая.
На следующий день к нам приехали «ревизоры» — гомозули. Прошли через портал.
Селиверст сообщил о появлении гостей. Я вышла на крыльцо, Ольгер пошёл открывать ворота.
Вот они — «чуди подгорнии». Не так уж маленькие, как описывают. Рост метр двадцать — полтора. Но с таким ростом на Земле людей много, про которых говорят — «метр с кепкой». Видимо кровь гомозулей сказывается. Коренастые. Чувствуется физическая сила. Смуглокожие, кареглазые, темноволосые. Нос картошинкой.
Представились. Семья — отец, три сына и две дочери. У отца борода заплетена в две косы до пояса. Концы стянуты кожаными ремешками Волосы на голове заплетены в косу, тоже до пояса. Ухоженные.
Сыновья приземисты, но стройней отца. Волосы тоже забраны в косу. Бороды аккуратно подстрижены на ладонь. У мужчин в левом ухе серьга с чёрным камнем с горошину.
У девушек заплетены две косы, концы привязаны вплетенными лентами на бантики к основанию кос. Лицо чистое, ухоженное. Сразу видно, что пользуются средством для удаления лишних волос, а, может и не растут вовсе. Фигура со спины, что у мужчин — спина прямая, плоская, талия отсутствует. Но присутствует хорошо развитая грудь. У нас скромнее. На шее, на серебряной цепочке висит кулончик с чёрным камнем.
У всех серьёзный деловой вид. Мужчины одеты в черные штаны, серые в узкую полоску косоворотки, черные жилетки. Из карманов свисают цепочки от часов, в сапогах. У отца в руках кожаная сумка, напоминающая портфель, у сыновей и дочерей эльфийские дорожные мешки.
А Ольгер говорил про Селиверста, что так не одеваются. Вот, пожалуйста! Оказывается, одеваются.
На девушках тёмно-серые, слегка расклешённые юбки до щиколоток, светло-серые блузки на выпуск, с кружевными белыми воротничками, подпоясаны ремешком, ботиночки.
Пригласила войти. Таня с Ольгером уже ждали нас с вином.
— Я, Будграх Годогрехт-Штрипрейгрехт, клянусь….
— Я, Мирерах Будграхт-Годогрехт, клянусь….
— Я, Аузерах Будграхт-Годогрехт, клянусь….
— Я, Рорграх Будграхт-Годогрехт, клянусь….
— Я, Регия Будграхт клянусь….
— Я Редегия Будграхт клянусь….
Нагрузившись коробами, мы двинулись в казну. Разбились на группы во главе с одним из Брудграхтов, и принялись было за дело, но …
Но дело встало. Будграх, достав из дорожной сумки одного из сыновей столик и стул, расположился с бумагами. Рядом пристроилась Мила с большой общей тетрадью, страницы которой разлиновала на колонки для составления описи. В первой колонке она начала проставлять порядковые номера. Нашими цифрами. Будграх обратил внимание на непонятные значки и спросил, что они означают. Миле пришлось объяснять.
Дело встало. Интерес к новому перевесил профессиональную обязательность. Будграх попросил Милу показать, как она использует эти знаки в документах счетовода. Мила с Будграхом ушли в кабинет.
Мы решили продолжить работу. Из сундука доставался предмет, производилась его опись, оценка и всё заносилось в тетрадь. Мы в свои, гомозули в свои. Если появлялись сложности в оценке, предмет откладывался в сторону. Вернулись Мила с Будграхом. Будграх обратился ко мне с просьбой, организовать для них обучение новым числам.
— Когда ты хочешь, чтобы начались занятия и сколько будет человек? — спросила я.
— После окончания работы. Мы управимся за три дня без вашей помощи. Я через неделю наберу учеников.
Я подозвала Таню.
— Знакомьтесь. Наш учитель Таня. Это она придумала цифры. Но раньше, чем через месяц, она не сможет начать с вами занятия. Мы договоримся с руководителем деревенской школы о выделении комнаты для занятий. Извини, — обратилась я к Тане. — Решаю без твоего согласия.
— Я согласна. Только учебников нет. И почему через месяц, а не раньше?
— Зачем тебе учебник? У тебя голова с собой. Тебе надо-то научить счёту и арифметическим действиям, чтобы могли оперировать числами. Это начальная школа нашего времени. Ты забыла, что через десять дней к нам приезжают гости? Если сможешь, можно начать занятия раньше.
— Надо будет составить договор по оплате, — обратилась я к Будграху. — Но это после окончания работы.
На том и порешили.
Оставив Милу и Таню с гомозулями, мы вышли из казны.
Вот и появилось у Тани важное дело — внедрять новый счёт. Пока у гомозулей.