Зачем Бог?! полностью

Христианская жизнь многим похожа на спорт. Здесь и там христианин и спортсмен должны упражняться, тренироваться, подвизаться, чтобы достичь успеха. Но уровень достижений как в спорте, так и в христианской жизни бывает очень различным в зависимости от условий и усердия человека. Совершенно очевидно, что в монашеском образе жизни, как он был изначала, неизмеримо легче, нежели в миру, достичь того идеала святости, о котором сказал Господь Иисус Христос: «Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф. 5: 48). Поэтому большинство великих святых Церкви – это монахи.

Однако Евангелие одно и то же и для монахов, и для мирян. Поэтому святитель Игнатий Брянчанинов пишет: «Важность – в христианстве, а не в монашестве; монашество в той степени важно, в какой оно приводит к совершенному христианству». И разъясняет: «Истинное христианство и истинное монашество заключается в исполнении евангельских заповедей. Где нет этого исполнения, там нет ни христианства, ни монашества, какова бы ни была наружность». Монашество – это не иные заповеди, но иной образ жизни.

Одни люди избирают и ведут, как мы говорим, обычную, или мирскую, жизнь, в которой множество забот, суеты, страстей, разного рода соблазнов. А другие, которых очень немного, готовы оставить все земные ценности ради того, чтобы достичь наибольшей меры познания себя, очищения от страстей и приобретения того смирения и той любви, к которым призван каждый верующий независимо от его положения в Церкви и в обществе. Монастырские условия жизни, по идее, оказываются наиболее благоприятными, они способствуют достижению этой цели, поскольку, с одной стороны, монах может уделять больше времени самому важному – молитве, изучению святоотеческих творений, опытному прохождению пути духовной жизни; с другой – он не имеет забот о семье, делах, множестве житейских вопросов.

Поэтому неудивительно, что преимущественно те, которые оказывались в этих идеальных условиях, достигали наибольшей духовной чистоты – истинного смирения, обо́жения. Их достижения часто выражались и видимым образом – они приобретали особые дары: чудотворения, пророчества, исцелений и другие. По этим причинам видим в Церкви среди святых преимущественно монашествующих, а мирян меньше.

Но так было в монашестве, пока учились молиться и молились, пребывали в умном делании, а не просто исполняли внешний чин богослужебного устава; пока они не занимались мирскими проблемами, не участвовали в мирских организациях и мероприятиях, максимально уклонялись от общения с мирскими людьми – но действительно в тишине подвизались в молитве и невидимом подвиге. Такое истинное монашество, по свидетельству последних святых монахов XIX–XX веков, почти исчезло.