– Занятие отменяется, мы возвращаемся в академию. Я не могу гарантировать безопасность учеников, пока не выясню местонахождения лича, вашу – особенно. Поэтому нравится Роберт, ступайте к нему, хоть в кабинет, хоть в спальню, но никаких прогулок после темноты! Слышите, Даниэль, – его пальцы накрыли ее и крепко сжали, – вообще никаких, если рядом нет взрослого мага. Платье заберу сам, на бал провожу, хотя искренне надеюсь покончить с мракобесием до праздника. Не вовремя-то он как!
Де Грассе отпустил ее и потер виски. Темный маг нервничал, но зацепило девушку совсем не это. Снова прокручивая в голове его слова, Даниэль нашла нужную фразу.
– То есть вы предлагаете мне ночевать в спальне ректора? Чтобы уж сразу за него замуж. Приятельская помощь!
Губы девушки презрительно скривились, красноречиво выражая отношение к поступку собеседника.
– Потрудитесь объяснить, юная леди? – Однако и Антуан не собирался изображать мальчика для битья.
– Все просто, – пожала плечами Даниэль и выглянула из склепа, чтобы проверить, не подслушивают ли их. После соврет, будто темный маг по просьбе отца отговаривал ее от профессии, запугивал трупами. – Вы передумали и помогаете устроить лорду Уоррену личную жизнь.
– С вами, как понимаю? – прищурился де Грассе. – Так вот, юная леди, я по-прежнему категорически против, зато вы теперь «за». Выходит, беспокоиться мне не о чем, никакого принуждения. Раз так, осталось пережить бал попечителей, и вы свободны. Помолвка накануне Светлой недели – хорошая примета.
Слова прозвучали желчно, с намерением ранить, и девушка поддалась на провокацию.
– Лорду Уоррену придется остаться холостяком. Можете передать ему, что я согласилась на свидания только…
Тут леди Отой прикусила язык: она едва не сболтнула лишнего. Антуану незачем знать, что она слишком часто думает о нем.
– Сами ему скажете. Избавьте от роли магического вестника!
Несмотря на поздний час, окна ректорского кабинета светились. Причиной тому послужила опорожненная початая бутылка бренди и тяжелый разговор, который не получалось отложить до завтра.
– Полагаешь, Даниэль Отой права, и таинственная Наина в опасной близости от академии?
Разумеется, де Грассе посвятил приятеля в новую тайну кладбища, и они сообща пытались найти решение от напасти. Бренди достали, чтобы немного расслабиться, для лучшего полета мысли, в итоге не заметили, как приговорили остатки.
– Ну не Гедеон же его освободил!
Антуан в сердцах ударил пустым стаканом по столу и досадливо уставился на пустую бутылку. Определенно, хотелось еще. В таких ситуациях помогали выпивка и женщины.
– Вряд ли. – Ректор, поколебавшись, достал из закромов конфискованную комендантом у студентов настойку. – Из тюрьмы не сбежишь, заперли его капитально. Магические каналы нарушены, дар и вовсе изъят.
– Даже так?
Темному магу стало немного жаль поверженного врага. Порой сотрудники специального подразделения прибегали к слишком жестоким мерам. Лишение дара хуже убийства, ежедневно повторяющаяся пытка, от которой нет спасения.
– Он опасен, – поставил точку в обсуждении судьбы стихийника Роберт. – Теперь скажи, могло ли тело выбраться самостоятельно?
– Исключено, – авторитетно возразил де Грассе. – Его способности ограничены. Затащить в могилу Даниэль он мог, настроить против нее нежить – тоже, но не более. Благо потенциальных помощников я уничтожил.
– А анлак, способен ли он поднять собственное тело?
Антуан покачал головой.
– Если бы мог, ритуал завершился бы успешно. Нет, Роберт, пока не хватает частички души, личу не стать единым целым.
– Выходит, – подытожил лорд Уоррен, – либо нашелся некто, кто провел ритуал, либо лич таки нашел способ обойтись препятствие.
Приятели замолчали, мысленно отгоняя призрак сгущавшейся над академией беды.
– Я проверю Амалию, – наконец заговорил де Грассе. – Любой, даже самый умный маг, в определенных ситуациях беззащитен.
– Подло так с женщиной! – рассмеялся ректор, правильно расшифровав намек.
Только в спальне, всего на минуту или две рушились ментальные щиты и мороки, дар представал во всей красе. Другое дело, что партнеру было совсем не до того, чтобы проверять любовника или любовницу.
– Ничуть. Амалия не невинная овечка, хотя знает толк в обольщении. Совмещу приятное с полезным.
– Учти, – шутливо предупредил Роберт, – она вот так со многими совмещает!
На де Грассе его слова впечатления не произвели.
– Ведьма же, вдобавок темная. Или ты настолько занят делами академии, что не в курсе списка ее похождений.
– И ты там тоже присутствуешь? – в ректоре взыграло любопытство.
– Естес-ссс-твенно! – протянул Антуан. – Думаешь, я ее очаровывать пойду? Нет, мой друг, внезапный интерес вызовет закономерные вопросы, а вот если эпизодический любовник предложит разок вспомнить прошлое, червячок сомнения не проснется.
Он вытащил пробку и подозрительно принюхался к содержимому бутыли с настойкой.
– Из чего только они ее ни гонят! Так бы изобретательно к занятиям подходили.
