Он внимательно наблюдал за Даниэль, прочитал все эмоции, сменившиеся на ее лице, от светлой грусти до ожесточения. Ректор мог поручиться, они связаны с мужчиной. Кандидат напрашивался сам собой. Пусть Антуан утверждал иное, его отношения со студенткой вышли за рамки учебных. «Но еще не перешли в постельную плоскость, – успокаивал себя лорд Уоррен. – Или все же?..» Он пытался найти ответ в глазах девушки, но видел лишь крепкую броню, которой она отгородилась от мира.
– Неважно, милорд.
Даниэль провела рукой по столу и вспомнила, как совсем недавно Антуан защищал ее от притязаний ректора. Теперь же она добровольно соглашалась встречаться с ним. «Этот хотя бы жениться хочет, заинтересован во мне, – желчно подумала девушка. – Тому вообще ничего не нужно, только очередное издевательство».
– Неважно, милорд, – уже громче повторила она и на пару мгновений задержала взгляд на глазах собеседника. – Я разрешаю ухаживать за собой, но не даю обязательств. Не думайте, будто можете готовить кольца. А теперь разрешите, мне нужно немного побыть одной.
– Конечно, – кивнул ректор.
Он не стал напоминать о вечерней прогулке: Даниэль пребывала не в том настроении, чтобы смеяться и слушать комплименты.
Девушка попрощалась и, погруженная в себя, побрела по парку к общежитию.
С тех пор минуло три недели. Каждый участник разговора в ректорском кабинете сдержал свое слово: лорд Отой лишил дочь содержания, а Роберт изъял отовсюду запись об исключении студентки с необычным даром. Взамен Даниэль сходила с ним на два свидания, оба в Бресдоне: она не желала, чтобы студенты видели их вместе. Однако все тайное быстро становится явным, и соседки по комнате засыпали леди Отой вопросами. Она отнекивалась и отмалчивалась, в итоге заявив: «Это несерьезно». Маргарит не поверила и обиделась, Элжбета тоже неодобрительно фыркнула.
– Между прочим, мы с тобой секретами делились, – укоризненно добавила она.
– Так нет никаких секретов, – расчесывая волосы, вздохнула Даниэль. Ее порядком утомила эта история. – Лорд Уоррен хочет жениться, выгодно ему с нами породнится, я вожу его за нос.
– Ректор – жениться?
Маргарит мигом позабыла, что не разговаривает с соседкой, и плюхнулась рядом с ней на кровать.
– Ты никакого нового зелья не готовила? – в сомнении уточнила она.
Девушка покачала головой.
– Мы другие учимся варить, вчера как раз средство от простуды прошли.
– Мы тоже… – кисло протянула ведьмочка.
Лекарственные отвары и заговоры не вызывали у нее особого энтузиазма. То ли дело зелье страсти! Интрига, фонтан эмоций. А тут банально и скучно.
– Обычный брак по расчету, девочки, только меня в него не включили. Не беспокойтесь, – леди Отой положила руку на плечо Маргарит и тепло улыбнулась Элжбете, – я не продамся, а если вдруг надумаю выходить замуж, обязательно вам скажу. Вместе обсудим жениха и решим, достоин ли он невесты.
Стихийница пробормотала что-то вроде «свежо предание!» и по лесенке забралась в кровать: она выбрала второй ярус. Рыжая ведьмочка еще немного посидела с Даниэль, шепотом, то и дело ахая, выспрашивая подробности ухаживаний ректора.
– Если хочешь, тоже тотализатор открой, – подмигнула девушка. – Озолотишься! Все ведь поставят на то, что я сменю фамилию.
– Ну, если честно, – Маргарит отвела взгляд, – я бы тоже поставила на леди Уоррен.
– Знаю, знаю: симпатичный дракон на высокой должности и аристократка на одной стипендии, – закатила глаза Даниэль и потянулась к столику, чтобы убрать гребень. – Только я собираюсь учиться и еще раз учиться. Завтра вот первое практическое на кладбище. Волнуюсь жутко! – призналась она.
Подумать только, еще в сентябре девушка не желала разговаривать с соседками, а теперь делилась слабостями и секретами! Может, это холода их сблизили? В Бресдоне ведь начались заморозки, теперь по утрам студенты рысцой бежали в столовую, да и во время занятий не задерживались на улице, стремились быстрее юркнуть в класс. Домовые свое дело знали, печи в академии пылали жаром. Вот и в двадцать четвертой комнате общежития царило приятное тепло, несмотря на колючий ветер за окном. Маргарит утверждала, позапрошлой ночью уже кружились первые снежинки – пора.
– Я вообще не понимаю, как ты в обморок на занятиях де Грассе не падаешь.
Ведьмочка забралась под одеяло к соседке – так удобнее болтать.
– У меня дар, – мягко улыбнулась Даниэль и, сосредоточившись, выдохнула крохотное черное облачко. – Не бойся, – успокоила она вжавшуюся в стену соседку, – я умею его контролировать.
Облачко поплыло по комнате, а затем рассыпалось снопом искр.
– Прекращайте фейерверки! – буркнула со своего второго этажа Элжбета. – Кое-кому завтра рано вставать. Напоминаю, старика Буста у нас попеременно заменяют ваши любимые де Грассе и ректор, сами понимаете, что оба сделают, если я стану клевать носом.
– Не беспокойся, – взбив подушку, заверила Даниэль, – Антуан де Грассе прибережет все ласковые слова для темных магов. Уже заранее слышу его ругань и издевки.
