Меньше всего на свете Даниэль ожидала сейчас такого вопроса. Грешным делом, она думала о поцелуе, слишком уж обстоятельства располагали, и не могла решить, возмутиться или позволить коснуться своей шеи. Да, леди Отой хотелось ощутить вкус губ де Грассе именно там, на узкой полоске кожи между щекой и воротом пальто.
А его сердце бьется ровно. Так нечестно!
– В тот вечер, когда вы взяли мою книгу, – напомнил обстоятельства де Грассе и сделал нечто вопиющее: на мгновение положил ладонь на ее бедро.
Слова тут же выпали из головы Даниэль. Она словно превратилась в горячую патоку, позабыв былые обиды. Но внутренний голос твердо стоял на страже хозяйки, и леди Отой не поддалась соблазну. Сделав вид, будто ничего не заметила, она язвительно поправила преподавателя:
– Скорее, когда ваша книга едва меня не убила. Да и вы заодно. Вдруг у меня было бы слабое сердце?
– Вот именно – «было». Сейчас вы вполне здоровы, – де Грассе напомнил о событиях далекого прошлого. – Если уж попали в академию, то прошли врачебную комиссию. Ректору гробы студентов не нужны.
– Искала книгу со скуки, ваша показалась интересной, – девушка таки ответила на изначальный вопрос. – А вы надеялись на что-то другое?
– Я надеюсь, что больше вы чужого не берете.
– А вам зачем такие книги, если вы не урожденный? – смело пошла в атаку Даниэль.
Де Грассе фыркнул.
– Неумелая попытка выяснить правду!
– Какая есть, – пожала плечами леди Отой и замолчала.
Вопрос она задала больше в шутку, раз уж зашла речь, а вот ответ темного мага озадачил. Ему могли банально не нравится такие вопросы, девушка действительно забыла, кто он, а кто она, или же было, что скрывать.
Бресдон поздней осенью напоминал город из мистических легенд. Каменные стены потемнели от дождей и мокрого снега, под ногами валялась пожухлая листва, ветви деревьев в безмолвной мольбе тянулись к нему. К вечеру сгустился туман, и огни фонарей напоминали глаза неведомого чудовища.
– Сегодня безопасно, – заверил де Грассе, почувствовав волнение девушки. – Обычное природное явление, ничего потустороннего.
Однако Даниэль с удвоенным вниманием всматривалась в улицу перед собой. Пожалуй, окажись они в Бресдоне на пару часов позже, когда люди разбрелись по домам, она не согласилась бы сделать ни шагу даже по центральной площади.
– Успокойтесь, я почувствую неладное.
Ладони Антуана оплели совсем недружески оплели талию Даниэль, вселив уверенность и подарив спокойствие. Девушка и не заметила, как улеглась тревога, а сама она с интересом начала посматривать по сторонам.
– Не ожидала вас здесь увидеть.
Фигура выросла из тумана неожиданно, де Грассе не успел заранее убрать руки и теперь отнял их как ошпаренный. Однако поздно, Селестина все видела. Она стояла возле чайной и понимающе улыбалась. Даниэль пыталась разглядеть в ней хоть что-то от злобной некромантки, но видела лишь прежнюю ведьму. Абсолютно ничего не изменилось ни в облике, ни в поведении Селестины, только темный ритуал не пригрезился, перед ними стоял враг.
Антуан крепко стиснул руку спутницы, призывая не делать глупостей. Он принял правила игры и тоже делал вид, будто не в курсе, кто перед ним.
– Добрый вечер, Селестина. – Приветствие прозвучало обычно, ни один мускул на лице темного мага не дрогнул. И уж точно он не думал смущаться. – Какими судьбами?
– А ты? – задала встречный вопрос ведьма и подошла ближе. – Неудобно беседовать, задрав голову! – посетовала она.
Де Грассе сунул поводья в руки опешившей Даниэль и спрыгнул на мостовую.
– Что-то важное? – Антуан чуть склонил голову набок.
– Нет, всего лишь старость, – рассмеялась Селестина. – Тебе не понять, но в мои годы тоже будешь мечтать о мази со змеиным ядом.
– Не наговаривай, ты прекрасно выглядишь. Сколько тебе? – Вот и первая ловушка.
– Женщин о подобном не спрашивают. – Ведьма спряталась за стандартным ответом.
– А я невоспитанный хам, спроси моих студентов.
– О да, на тебя только ленивый не жаловался! – Очередная широкая улыбка столь не вязалась с образом пособницы лича. – Много, Антуан, очень много, тебе в матери гожусь. Вижу, ты не один… – Она стрельнула глазами в сторону Даниэль. – Помешала?
– Да нет. Мы собирались заехать к ювелиру, твоя помощь может пригодиться. Я ничего не смыслю в побрякушках.
– С такими вещами нужно к Амалии, я даже серег не ношу.
Селестина заправила волосы за уши, показав непроколотые мочки.
– Ну тогда удачного вечера!
Они распрощались и разошлись в разные стороны. Де Грассе не стал забираться в седло и повел коня под уздцы.
Выждав, пока ведьма затеряется в тумане, Даниэль задала мучившие ее вопросы:
– Почему она до сих пор на свободе? И не опасно ли, что она видела нас вместе?
