В Академгородке под Томском, где давно уже работали и университет, занимавшийся изучением высшей нервной деятельности и нейрофизиологии человека, и научные институты, изучавшие физику многомерного пространства, а следовательно, имелись научная и техническая базы, был создан специальный интернат. Но учеников для него пришлось искать по всему миру – на Земле реально одаренных экстрасенсорными способностями детей было очень мало. Впрочем, не настолько мало, чтобы из-за каждого ученика страны начинали ссориться.
И вот одна из групп, проходивших обучение в интернате, должна была отправиться на Ореол. В основном в качестве поощрения, для отдыха на шикарнейшем в смысле природы курорте. Ну и для общения с себе подобными и, скажем так, для прохождения практики. Но именно с этой группой, а не с одной из уже нескольких тысяч, побывавших на Ореоле, произошла трагедия.
Володин сам курировал создание интерната, проверял и перепроверял и будущих учеников, и обслуживающий персонал вплоть до дворников, и научно-исследовательские группы. Поэтому выполнить приказ советника президента и поручили именно ему.
Он к тому же полагал, нет, был уверен, что если речь зайдет о спасательной экспедиции, то именно ему будет поручена ее организация и подготовка. Поэтому заранее настроился не столько на перепроверку всех причастных к обучению и отправке детей, но и на создание рабочей группы по их спасению.
На столе замигала лампочка. Не дожидаясь звукового сигнала, генерал-полковник подошел к столу и ответил:
– Слушаю тебя, Остапов.
– Материалы у вас в компьютере. Подполковник Устюжанин ждет в приемной. Полковник Ковалев находился в Орехово, он включен в комиссию по расследованию. Но будет у нас в течение дня.
– Зови Устюжанина.
<p>Глава 2</p><p>Туда и обратно</p><p>6</p>Семен Кольцов чувствовал себя вполне счастливым человеком. Его счастье омрачалось лишь тоской по родителям. Вернее, не так. По отцу с матерью он действительно тосковал, но главное, он беспокоился, что они там с ума сходят из-за его исчезновения. Вот если бы им передать, что он жив, здоров и ему здесь очень нравится, то и они бы успокоились, и он не так уж сильно стал бы тосковать.
Мачете рассекло преграждавшую путь ветку, и почти сразу едва не на голову ему свалился древесный крокодил. Клацнул зубами пустоту перед лицом и обиженно закачался на своем хвосте, вцепившемся в тонкий кривой ствол. Ну и получил оплеуху. Достаточно крепкую, чтобы запомнить – к Семену Кольцову и его друзьям лучше не соваться. Крокодила трижды крутануло вокруг ствола, по пути трижды стукнув головой о сук, что оказался расположен на очень подходящей высоте. Петли хвоста раскрутились, и тушку бросило в переплетение ветвей позади и выше. Животное чуть повисело неподвижно, видимо, приходило в чувство, легко высвободилось и ушло от греха и от ребят подальше.
– Алена, а он съедобный? Может, отловим?
Алена задумчиво посмотрела вслед улепетывающему по верхушкам деревьев крокодилу.
– Съедобен, только варить его замучаешься.
– А шкура?
– Что шкура?
– Ясновельможная пани, мне интересен трофей в виде крокодила на предмет его шкуры.
– Прочная. Наверное.
– Надо будет парочку добыть.
– А как ты ее будешь обрабатывать? – не утерпела Настя. – Любые шкуры выделывают специальным образом, иначе их почти невозможно использовать.
