Похоже, Костя находился сейчас за компьютером и следил за перепиской, потому что ответ на мое сообщение вновь пришел мгновенно:
На это сообщение я ничего не ответил. Что тут ответишь? И так всё понятно.
Спустя пару минут пришло еще одно сообщение от Кости:
Я выждал пару минут – вдруг Особист еще что-то напишет? Но больше сообщений не было.
Написал в ответ коротко и емко:
И вот что теперь делать? Уходить с позиций? Получается, что да, надо уходить. Не уйдем сами – «Калибры» отправят нас к праотцам. Костя не шутит и не блефует. Я – носитель очень важной информации, и если есть риск моего попадания в плен, то Особист предпочтет «откалибровать» вместе со мной сорок человек, лишь бы не допустить моего попадания в плен, тем более к британцам. А решит ли он положительно вопрос с «Десяткой» – неизвестно. Хреново, что тут скажешь…
Ладно, нам бы ночь простоять да день продержаться! И это не просто слова – это целая философия жизни!
«Только бы нам ночь простоять да день продержаться!» – говорил Мальчиш-Кибальчиш, когда напали враги. И это не просто слова из почти забытой советской сказки. Самый опасный и тяжелый период после нападения врагов – это первая ночь. В это время человек испытывает наибольший стресс, не может спать, он потрясен, ранен, ошеломлен, измучен, испытывает тревогу.
Надо всё хорошенько обдумать, и решение проблемы придет само собой.
– Бойцы! – громко произнес я, обращаясь ко всем присутствующим в главном помещении бункера. – От командования пришел ответ на мой рапорт о недавнем бое.
В просторном помещении повисла тишина. Сейчас здесь было человек двадцать, остальные – на боевых постах.
– Командование высоко оценило нашу работу, особенно отметив Кока. Решено представить его к званию Героя России и наградить Золотой Звездой! – как можно торжественней сказал я.
– А-а-а!!! Ура!!! Ура!!! Ура!!! – Стены и потолок бункера сотряслись от громкого дружного крика. – Кок! Кок! Кок! – тут же принялись скандировать бойцы «Десятки».
Степанова тут же сграбастали несколько рук, вырвали у него из пальцев половник и стали подкидывать нашего повара к небу, а точнее, к потолку. Поскольку потолки в бункере были не очень высокие (что-то около двух с половиной метров), при каждом подкидывании Кок бился о потолок и болезненно вскрикивал.
– Дебилы! Перестаньте его швырять! – кричал Жак. – У него контузия, убьете же на хер пацана!
Но на Дока никто внимания не обращал, и Кока продолжали подкидывать к потолку, а он, болезненно кривясь, пытался уговорить боевых товарищей оставить его в покое. Не тут-то было! Русская душа настолько широка, что в порыве восторга может и пришибить ненароком. И только после того, как в дело вмешался Глобус, ему с Жаком кое-как удалось утихомирить восторженных бойцов «Десятки».
Мужиков можно понять: все-таки получить звание Героя России – это очень большая честь. До сих пор в нашем батальоне Золотой Звездой был отмечен только командир – комбат Рыжиков. Мы с Бамутом вон уже сколько дел наворотили, но дальше представления к высшей российской награде дело не пошло, и заветная Золотая Звезда нам еще не досталась. Оно понятно, что мы тут не за медали и ордена воюем, но все равно, если уж честно, положа руку на сердце, то где-то там, в глубине души, очень хочется, чтобы каждый подвиг был по справедливости оценен. Причем речь не только о нас с Бамутом, а обо всех, кто находится сейчас на войне. То, что Костя Особист пообещал Коку Золотую Звезду Героя России, еще не означает, что Степанов ее получит.
Награды бывают ведомственные и государственные. Государственные вручаются указом президента, ценятся выше ведомственных, и за них полагается денежная премия – единоразовая, а порой еще и ежемесячная. По задумке, система поощрения работает так: человек совершает подвиг или как-то отличается по службе, его успехи описывают в наградном листе и ходатайствуют перед вышестоящим командованием о поощрении.
Но иногда, в условиях отсутствия активных боевых действий, в ВС РФ награды вручаются по-другому. Раз в какой-то период на подразделение приходит определенное число наград – например, десять медалей на батальон. И даже если особых подвигов нет, никто не скажет: «У нас награждать некого». Командиры подают фамилии отличившихся и тех, кто более-менее подходит: не косячит, не доставляет проблем и не конфликтует с начальством.
