– Видишь, как бывает, – сказал мне Мыкола, – вот вы за своего погибшего товарища готовы на смерть идти, чтобы отомстить, а в нашем тылу всем плевать на погибших пацанов. Вы за эти две недели наших побили не меньше роты, и всем плевать на месть. Вас же не трогали, потому что вы эти ролики выпускали, то есть всем пофиг на смерть украинский парней, главное, чтобы пиар был и красивая картинка. Суки, как же я ненавижу всех этих тварей в Киеве на Банковой! – с ненавистью прошипел Мыкола. – Как же я хочу всем им кишки наружу выпустить, чтобы они сдохли!
– Мы того же хотим, – поддакнул Бамут, – наш Верховный прямым текстом так и сказал, что главные цели этой войны – убрать нацистов и фашистов с Украины и сменить власть на нормальную. Вот, считай, если с нами пойдешь, то до Киева точно дойдем, а там этих уродов на их же потрохах и повесим.
Спустя пару часов после возвращения Мыколы из Вишневки от Кости пришло сообщение, что координаты получены и все цели выявлены. Скорее всего, в той самой мобиле была какая-то хитрая начинка, которая подключалась ко всем средствам мобильной связи в зоне доступа, отмечая их координаты и дистанционно открывая содержимое памяти устройств.
А спустя еще пару часов пришло то самое сообщение, от которого я выпал в осадок, не поверив своим глазам и натуральным образом оху… удивившись. Пришлось даже позвать Бамута, чтобы он сказал свое мнение о прочитанном.
Суть сообщения заключалась в следующем. Мы должны быть готовы в течение десяти минут после получения приказа нанести массированный минометный удар по позициям противника, расположенным у нас в тылу. Проще говоря, как только поступит команда, надо тут же загасить опорники ВСУ, расположенные между нами и первой линией российских войск. Одновременно с этим необходимо выдвинуться в сторону Вишневки и, как только по селу отработают из дальнобойной артиллерии, РСЗО и авиацией, войти в него, чтобы сковать силы защитников и дать возможность занять населенный пункт БТГ под командованием подполковника Рыжикова.
БТГ – это батальонная тактическая группа, которая обычно состоит из полноценного батальона, усиленного танками, подразделениями ПВО, артиллерии, инженерии и тылового обеспечения. То есть 10-й ОДШБ не просто возродили, а увеличили его и накачали мышцами. А Рыжику, значит, присвоили внеочередное звание. Ох и быстро же он растет! В его годы стать подполковником – это не просто взлет, это какой-то гиперпрыжок.
Но я Рыжику не завидую, ему ведь все эти звезды на погонах не просто так даются. По сути, наш ОДШБ – это команда смертников. Нас каждый раз бросали на самые опасные участки фронта, чтобы выполнить невыполнимую задачу: пробить оборону противника, совершить многокилометровый рейд по тылам врага с захватом и удержанием важных переправ или, наоборот, упереться пятками в землю и сдерживать, сдерживать укропов, отбивая накат за накатом без права отойти в тыл. После выполнения таких задач батальон таял, по численному составу оставшихся в строю бойцов приближаясь к неполной роте.
Мы умирали, но задачу выполняли… Всегда выполняли!
Командиру в таких случаях сложнее всего. На нем вся ответственность. Это он отдает приказы «Стоять до конца!» или «Вперед, на штурм!». Это он подписывает похоронки и звонит родным погибших, сообщая, что их отец или сын погиб в бою, защищая Родину. Это всё Рыжик, наш комбат. Так что его погоны и звезды на них тяжелее в тысячу раз моих сержантских лычек.
Но меня удивила не новость о том, что 10-й ОДШБ превратился в 10-ю БТГ, которой поручено взять Вишневку. Нет, чего-то в этом духе я и ожидал. Меня поразили дальнейшие инструкции в том сообщении. После взятия Вишневки, если позволит обстановка, надо не просто сковать силы противника в селе, а выдвинуться к населенному пункту Степное, захватить позиции на важном транспортном узле и по трассе М-18 совершить марш в сторону города Запорожье, где захватить аэропорт, обеспечив высадку воздушного десанта!
Марш-бросок длиной в сорок километров?! Для боевых машин, которые идут без всяких остановок на средней скорости, это полтора часа езды. В мирное время и того меньше. Но во время войны, чтобы пройти сорок километров, надо угробить месяцы, а то и годы, отдавая за каждый пройденный километр сотни, если не тысячи жизней своих солдат.
Новость о том, что на самом деле вся эта кутерьма затевалась не из-за Вишневки, а с прицелом на Запорожье, меня, мягко выражаясь, и привела в шок. О таком я никак не мог подумать. Вот совсем не мог подумать, хоть убейте. Я же не писатель-фантаст, который сидит за компьютером и пишет дешевенькие военные боевички, где главные герои бьют врагов направо и налево, используя один автоматный магазин на протяжении всего повествования.
