- Я был готов, и этого оказалось достаточно. Я сделал то же, что моя мать. Они защищены от тебя. Разве ты не заметил, как легко они сбрасывают твои заклятия? Ты не можешь их мучить. Ты не можешь до них добраться. Не пора ли тебе учиться на ошибках, а, Реддл?
-Ты посмел…
- Да, я посмел, – ответил Гарри. – Я знаю многое, чего ты не знаешь, Том Реддл. Много очень важных вещей, тебе неизвестных. Хочешь, я расскажу тебе часть из них, пока ты не сделал новую большую ошибку? Волан-де-Морт ничего не ответил, продолжая скользить по кругу. Гарри понял, что на время его противник заворожен, выведен из строя; даже призрачная возможность, что Гарри и в самом деле знает последнюю тайну, удерживала его от удара…
- Что, опять любовь? – Сказал Волан-де-Морт с насмешливым выражением на змеином лице. – Любовь, вечная присказка Дамблдора: он утверждал, что она побеждает смерть. Хотя любовь не помешала ему сверзиться с башни и разбиться, как восковая кукла. Любовь не помешала мне раздавить твою грязнокровку-мать, как таракана, Поттер, и, похоже, никто здесь не пылает к тебе такой любовью, чтобы броситься вперед и принять на себя мое заклятие. Так что же помешает тебе погибнуть, когда я ударю?
- Только одно, – Сказал Гарри. Они продолжали кружить друг за другом, и лишь последняя тайна не давала им сойтись в схватке.
- Если не любовь должна спасти тебя на этот раз, – Сказал Волан-де-Морт, – То, значит, ты думаешь, что владеешь волшебством, которое мне недоступно, или обладаешь более мощным оружием?
- И то, и другое, – Сказал Гарри и увидел панический страх, мелькнувший на змеином лице, хотя оно тут же приняло прежнее выражение. Волан-де-Морт рассмеялся; его смех звучал страшнее, чем крик. Холодный и безумный, он эхом разнесся по замершему залу. – Ты сделал большую ошибку сегодня, которая будет стоить тебе жизни. Сам не ведая того, ты воплотил последний шаг к пророчеству. Ошибочно считал меня тем, кто убьёт тебя. Однако, я расскажу тебе все постепенно. – Прошелся шепот по залу. Что значит не Поттер?!
- И ты думаешь, что знаешь неизвестное мне волшебство? – Сказал он. – Неизвестное мне, Лорду Волан-де-Морту, владеющему такими чарами, какие Дамблдору и не снились?
- Сниться они ему снились, – Сказал Гарри, – Но только он знал больше тебя, он знал достаточно, чтобы не делать того, что сделал ты.
- Ты хочешь сказать, что он был слаб! – Воскликнул Волан-де-Морт. – Слишком слаб, чтобы дерзнуть, слишком слаб, чтобы протянуть руку за тем, что могло бы принадлежать ему, но достанется мне!
- Нет, он был просто умнее тебя, – Ответил Гарри. – Он был лучшим волшебником, чем ты, и лучшим человеком.
- Я подстроил гибель Альбуса Дамблдора!
- Это тебе так казалось, – Сказал Гарри. – Но ты ошибался.
- Дамблдор мертв! – Волан-де-Морт швырнул эти слова в лицо Гарри, словно надеясь причинить ему невыносимую боль. – Его тело разлагается в мраморной гробнице здесь, возле замка, я видел его, Поттер, для него нет возврата.
- Да, Дамблдор мертв, – Спокойно откликнулся Гарри. – Но не ты убил его. Он сам выбрал свою смерть, выбрал ее за много месяцев до того, как это случилось, обговорил во всех деталях с человеком, которого ты считал своим слугой.
- Это что еще за ребяческие россказни? – Спросил Волан-де-Морт, однако попрежнему не наносил удара и не сводил с лица Гарри своих красных глаз.
- Северус Снегг служил не тебе, – Сказал Гарри, – Он был на стороне Дамблдора с той самой минуты, как ты стал преследовать мою семью. А Хэллен Мирроу, его жена, однажды сказала ему, незадолго до того, как исчезнуть на много лет, что никогда не сможет полюбить человека, чьё сердце окутано мраком и злобой. И не сможет принять того, кто будет на стороне зла. А ты так ничего и не заметил, потому что это как раз то, чего ты не понимаешь. – Я вспомнила тот разговор. Это было в начале нашего седьмого курса, но почему он сейчас говорит об этом? -Ты видел когда-нибудь, как Снегг вызывает Патронуса? Точнее каким он был вплоть до его смерти? – Волан-де-Морт не ответил. Они кружили друг за другом, как волки, собирающиеся вцепиться друг другу в глотку. – Патронус Снегга-змея, – Сказал Гарри, – Как у Хэллен, потому что он любил ее всю жизнь, с самого детства. А когда узнал, что по его вине моим родителям грозит смертельная опасность, то понял, что предал память о Хэллен, которую считал мёртвой, и пошёл к Дамблдору. – Я увидела как затрепетали ноздри Волан-де-Морта. – Разве он не просил тебя пощадить их?
- Когда их не стало, он согласился со мной, что это поможет достичь величия нам. Я сделал его своей правой рукой, и он был счастлив принять этот дар!
- Разумеется, он с тобой согласился, – Ответил Гарри. – Но он стал шпионом Дамблдора с той минуты, как ты начал угрожать моим родителям, и с тех пор неустанно работал против тебя! Дамблдор был уже при смерти, когда Снегг прикончил его.