Идентификационные номера? На телеге?! Бред какой-то, ну да деду виднее. Закончив с повозкой, дед придирчиво осмотрел топор и спрятал его куда-то в недра своей мешковатой одежды.
Негодяй, кстати, этот старик: на себя вон сколько барахла напялил, а меня бесчувственного просто тряпьем каким-то закидал.
Внезапно дед замер, явно к чему-то прислушиваясь, а потом быстро и сноровисто начал распрягать лошадь. Я попытался ему помочь, но сразу понял, что знания моей мышечной памяти не распространяются на конскую сбрую. Поэтому я просто отошел в сторонку и начал наблюдать за окрестностями.
Когда дед справился со своей задачей, то они с конем не стали штурмовать преграду, а просто обошли ее, довольно резво скрывшись в роще. На меня дед при этом даже не взглянул.
Вероятно, он помогал мне только, пока я сам не мог передвигаться, а, быть может, это старый молчун был уверен, что я от него не отстану.
Ладно, выбор у меня невелик. Дойду с дедом до тех мест, где есть более разговорчивые, нежели он и менее агрессивные, чем нынешние покойнички, люди. А уж там попытаюсь узнать, что тут к чему и как?
На дорогу настороженный дед возвращаться не стал. Они с конем пересекли не слишком широкую рощу, за которой вполне закономерно показалось поле. Оно было убрано. Из земли невысоким частоколом торчали обрубки тонких желтых стебельков.
Дед вдвоем с конем, недолго думая, быстро пошел по полю. Я же в сомнении остановился. С одной стороны мне не нравилось, что конца и края полю не видно, следовательно, мы на нем долго время будем как на ладони. С другой стороны, поле – это мирные люди, причем, где-то совсем рядом, а это уже хорошо. И, наконец, дед с конем, идущие по полю, что-то мне дико напоминали. Мозг прямо чесался от этой картинки.
Тряхнув головой, я побежал догонять порядком удалившуюся от меня парочку. Однако тряска не помогла, в голове, то и дело, всплывали фразочки: «вдвоем с конем» и «по полю идем». Кто знает, может, в них скрыта какая-то важная для меня информация?
Утонуть нам было не суждено. Едва водяной вал обрушился сверху, закрыв собой небо, а вместе с ним и солнечный свет, как все мы, словно по щелчку невидимых пальцев, перенеслись в совершенно иное место.
Не было ни корабля, ни лазурного моря, ни даже тропического пляжа – нас окружали сплошные мрачные развалины. Это были серые руины бывшего мегаполиса какой-то высокотехнологичной цивилизации. Когда-то все здания здесь были из стекла и бетона. Последний, в большинстве своем, остался, ст
Однако две явно человеческие фигуры неподалеку, отчаянно размахивающие руками и громко хоть и неразборчиво о чем-то спорящие, наглядно доказывали обратное.
- Сегодня их двое…
Какой-то невысокий и даже скукожившийся Бродяга стоял рядом со мной и с досадой на лице осторожно тер ладонью раскрасневшийся лоб.
Остальные наши товарищи так и сидели на сером выщербленном асфальте в разорванном Бродягой кругу. Лица у всех были неподвижны, грудь ни у кого не вздымалась.
- Они живы? – с тревогой уточнил я у Таллана.
- Да, они в полном порядке, - мимолетно мазнув по товарищам взглядом, заверил меня Бродяга, - а я даже представить себе не мог, что ты такой здоровенный!
Только тут я догадался, почему он выглядит таким неказистым – здесь и сейчас я был в своем настоящем теле. И ощущал я себя совсем не так наполовину фантомно, как в нашей комнате созданной стараниями Экуппы. Я был собой! Впервые за то недолгое время, что из-за перебора событий вполне резонно казалось мне вечностью.
- Мужик! Я снова мужик! – немного даже растерянно прошептал я, и родная щетинистая физиономия тут же невольно расплылась в самой широкой из моих улыбок.
- Да уж, - улыбнулся мне в ответ Бродяга, - ты явно приглянулся какому-то из воплощений Стражника, раз он над тобой с самого начала так поиздевался.
- Стражника? – переспросил я.
Таллан лишь молча мотнул головой в сторону недавно увиденной мною парочки.
Они уже закончили экспрессивно размахивать руками и неторопливо шли в нашем направлении.
- Сейчас начнется, - со вздохом проронил Бродяга,- ты, это, прощай, на всякий случай. Надоели они мне настолько, что сил уже нет плясать под их дурацкую дудку, да и не справился я с последним заданием – дров наломал с вами изрядно, а такого тут не прощают – списанный я материал…
Я крепко пожал протянутую руку товарища, каким-то шестым чувством понимая, что все вопросы сейчас излишни, и принялся ждать.
Парочка, двинувшаяся было в нашу сторону, как назло, вновь о чем-то заспорила. Они опять остановились и продолжили свои пантомиму.
- Меньше всего на свете я хотел снова сюда вернуться, - не сводя с них глаз, произнес Бродяга, явно радуясь полученной отсрочке, - готов спорить на что угодно – это существо давным-давно пережило свой разум и руководствуется теперь только своей больной фантазией…
