В списке оставался только один пункт, который надо было выполнить. Прежде чем уйти из магазина, Клэр попросила у хозяйки конверт и листок бумаги. Марку она уже купила. По дороге от станции до дома она составляла письмо, которое собиралась написать. Ждать не хотелось, поэтому Клэр зашла в одно из кафе и, заказав капуччино без кофеина и почувствовав себя хозяйкой «арендованного столика», начала писать.
Клэр остановилась и перечитала написанное. Письмо казалось формальным и чрезмерно вежливым, но Клэр подумала, что оно было столь же холодным и резким, как любое оскорбление. И ей не хотелось казаться невежливой – Клэр была благодарна Тине и не знала бы, как быть без помощи подруги. С одной стороны, она никогда не встретила бы Мистера Совершенство, и с другой – она бы сейчас не оказалась в Лондоне. И поэтому Клэр не могла быть такой же равнодушной в своем письме, как Тина.
Она допила остатки кофе и подумала, что писать дальше.
Клэр снова заколебалась. Мерзкий тон Тины требовал такого же противного ответа, но она не собиралась делать этого. Правда, Клэр не могла подписать письмо «с любовью». Вместо этого она просто сказала правду.
Последняя строчка была враньем. Клэр знала, что не будет больше писать Тине и загрустила, но теперь как-то отстраненно. Ей вдруг показалось, что они с Тиной никогда не были друзьями, настоящими друзьями. Они как будто заключили соглашение – просто быть вместе. Клэр должна была признать, что со своей стороны она, вероятно, выполнила его, потому что у нее не было другого выбора. По какой причине Тина держалась ее – Клэр не знала. Возможно, потому, что подруга действительно любила ее. А может быть, потому, что Тине просто необходимо было чувствовать превосходство над подругой. Клэр решила: лучше об этом не думать, и улыбнулась, вспомнив о миссис Патель, Тоби, и Имоджен. Каждый из них мог стать хорошим другом. Такое разнообразие судеб и жизненного опыта. Ее жизнь здесь резко отличалась от жизни в Тоттенвилле – в детстве, юности, на тупиковых работах. Всей той жизни, которую она делила с Тиной.