Глаза Гермионы расширились, и она взмахнула своей палочкой.
— Finite Incantatem, — пробормотала она. Когда ничего не изменилось, она сразу же начала читать все известные ей заклинания, ее глаза расширились, когда Гарри бросил на нее грустный, но ошеломленный взгляд.
— Рон! Рон, иди сюда!
Гарри чувствовал запах своего лучшего друга, бегущего к двери, встревоженного испуганным тоном Гермионы. Он посмотрел на Рона Уизли с легкой улыбкой. Рыжий волшебник тоже не сильно изменился. Рон вытянулся, по крайней мере, еще на семь сантиметров, и у него был легкий загар, вероятно, из-за работы. Его веснушки выделялись на лице, а на щеке приклеился рис. Гарри догадался, что они ужинали, и, зная Рона, его старый друг пытался съесть как можно больше.
Рон взглянул на Гарри, прежде чем тоже вытащил свою палочку за считанные секунды.
— Вы не знаете, когда остановиться, не так ли? — потребовал он сердито, — Убирайся из моего дома, прежде чем я тебя выставлю!
Гермиона сжала его руку, по лицу текли слезы, и она покачала головой.
— Принеси Веритасерум, — настойчиво прошептала она, — Пожалуйста, быстрее!
Рон выглядел смущенным.
— Что? — недоверчиво спросил он, — Гермиона, ты не можешь поверить…
— Рон, на нем нет чар гламура, и он не принимал никаких зелий, изменяющих внешний вид, — воскликнула Гермиона, — Проверь сам!
Рон выглядел более чем скептически, но сделал, как она сказала, его лицо побледнело, когда результаты не показали никакого обмана. Он побежал обратно в дом, игнорируя вопросы своих детей, и нашел аврорскую форму. Выхватив из нее бутылочку Веритасерума, он бросился к входной двери.
— Согласны ли вы употребить пять капель Веритасерума, стандарт для подозреваемых вампиров, на язык? — спросил он формально, его голос был подавленным и колеблющимся.
Гарри кивнул головой.
— Я согласен, — пробормотал он.
Рон быстро выпил пять капель и подождал, пока Гарри откроет глаза.
— Как тебя зовут?
— Гарри Джеймс Поттер-Каллен, — заторможенно сказал Гарри.
— Когда ты родился? — спросила Гермиона.
— 31 июля 1980 года, в Годриковой Лощине.
— Ты умер 24 апреля 2000 года?
— Да, — признался Гарри, — Я выскочил перед Мионой и мне перерезали горло.
Гермиона тихо вскрикнула.
— Какая у тебя форма Патронуса? Когда ты узнал об этом? Как мы освободили Клювокрыла и Сириуса на третьем курсе? Как ты здесь оказался, если сказал, что умер?
— Олень, как и анимагическая моего отца. Я узнал об этом от Ремуса Люпина на третьем году обучения, после того, как упал с метлы во время квиддичного матча. Это была первая игра, которую я проиграл. Мы использовали твой Маховик Времени, чтобы освободить Клювокрыла и Сириуса, — Гарри остановился и улыбнулся, — Рон думал, что сходит с ума, потому что ему казалось, что мы были в двух местах одновременно. А после моей смерти я переродился.
Гермиона слегка вздрогнула и сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.
— Что ты имеешь в виду под перерождением? — прошептала она.
— Я имею в виду, что мне дали возможность найти себе спутника жизни, а затем я переродился в ту же расу, что и мой партнер, в вампира, — ответил Гарри. Его глаза медленно потеряли остекленелый вид, когда действие Веритасерума начало заканчиваться.
— Как долго ты был вампиром? — спросил Рон, на его лицо вернулись некоторые краски.
— Я стал вампиром в 2005 году. Четыре года.
— Кем ты был до того, как стал вампиром? — Гермиона вытерла глаза.
— Я… не могу сказать… — Гарри поморщился, ментальные блоки скрывающие его бытность звезды немного напряглись. Совет не мог позволить запретным знаниям выйти за пределы их существования. Он изумленно моргнул, когда действие Веритасерума полностью закончилось.
Мгновение никто не двигался. Каллены, стоящие за Гарри, особенно Эдвард, выглядели немного неловко. Гарри закусил нижнюю губу.
Гермиона встала, выражение ее лица было пустым. Гарри слегка вздрогнул, но удивленно моргнул, когда Гермиона налетела на него, ее волосы оказались у него во рту, а руки пытались сжать так сильно, как только могли.
— Мне так жаль, — рыдала она, ее плечи дрожали, — Я не… я не могу поверить… мне так жаль, что ты умер…
Гарри осторожно обнял ее.
— Это была не твоя вина, Гермиона, — мягко сказал он, — Я принял решение, и если бы мне пришлось вернуться и изменить его, я бы не стал.
Рон еще несколько мгновений смотрел на Гарри с благоговением, затем медленно улыбнулся, и с его губ сорвался смешок.
— Это действительно ты, Гарри, — сказал он слабо, — Только с тобой происходят подобные вещи.
Гарри притворно надулся, но сразу же улыбнулся, когда Гермиона хихикнула.
— Я этого не просил, — проворчал он. Гарри внезапно опомнился, — Позвольте познакомить вас с другими членами моей семьи. Это Карлайл, Эсме, Эмметт, Розали, Джаспер, Элис и Эдвард. Эдвард мой парень.
Гермиона рассмеялась, вытирая слезы, которые продолжали литься.
— Приятно познакомиться со всеми вами, — хрипло сказала она, — Заходите, заходите.
— У вас прекрасный дом, — тепло сказала Эсме.