— Спартак чемпио-о-он!.. — с ревом ныряет он вниз.
Его спуск с диким визгом приветствуют дети.
Я улыбаюсь во все тридцать два, дожидаясь, пока Артур не даст отмашку снизу о том, что все чисто.
Освещая его путь фонарем, я кошусь на тусовку вокруг раскладного стола.
Чуть в стороне Капустина гвоздями вколачивает в своего парня какие-то слова. Они шепчутся, склонив друг к другу головы. Её рука лежит на его локте, придурок шевелит губами…
— We-ee are the champions! — нараспев орет снизу Страйк.
Переведя на него взгляд, вижу, как он выбрасывает вверх кулак, стоя по колено в снегу.
Спустя пять минут с визгом склон покоряет уже детвора. Мы связываем два тюбинга вместе, Зеленый уламывает меня проехаться вместе с ним.
— Давай! — хлопает он меня по спине. — Не ссы!
Почесав затылок, я усаживаюсь на ватрушку.
Спуск занимает секунд тридцать, а подъем пять минут.
Под моей курткой водопад, дыхание частое и ледяное, пока забираемся наверх, но я смеюсь, чувствуя, как от этой кардиотренировки просыпается в теле тестостерон.
Первое, что я отыскиваю взглядом, когда оказываюсь наверху, - это Таня. И она смотрит на меня, стоя у стола рядом с Артуром. Смотрит и отводит взгляд только тогда, когда я прикладываю к виску пальцы, салютуя ей…
Тряхнув головой, я сбрасываю застрявший в волосах снег и хлопаю по бедру шапкой, которая слетела на спуске.
— … я сейчас прохожу он-лайн курсы по саморазвитию, — слышу голос Ники, обходя стол. Она наседает на ботаника, тот слушает её так, будто получает действительно ценную информацию, и я не часто вижу такую синхронизацию между своей девушкой и её собеседником. — Я постоянно учусь, учение - это гранит науки…
— Кхм… ну да… — развесив уши, соглашается долговязый.
Я встаю рядом с Артуром, он на раздаче - наполняет походные металлические рюмки коньяком.
Я наливаю себе чай из термоса, чувствуя, как от холода немеет подбородок и пальцы в кожаных перчатках. Тем не менее, я бодрый, как гребаный гейзер.
— Танюх, тебе капнуть? — удерживая в руке рюмку, Страйк предлагает её Тане.
— Я буду чай, — ковыряет она гармошку красных пластиковых стаканов.
Наблюдаю за ней, вполуха слушая болтовню за столом:
— …и мы тогда всей командой вваливаемся в тренерскую, — ржет Зеленый, — Капуста берет слово, капитан же. Он у нас всегда красноречием отличался. Данила Андреич, помнишь? — обращается ко мне.
Киваю, встречая взгляд Тани через стол.
— “Дорогой, Сергей Борисович, хотим поздравить вас с днём рождения”. Капуста толкает речь, потом говорит: “Мы с парнями подарок для вас приготовили”, — продолжает Зеленый. — А наш тренер такой: “Ребята, для меня лучшим подарком будут ваши победы”. И тут Капустин: “А мы уже купили вам галстук”.
Народ взрывается хохотом, я тоже улыбаюсь, припоминая тот случай из юности.
— Папа, ну па-аап, покатай нас… — в общий гогот врезается голос дочери Страйка, которая требовательно дергает его за рукав. — Ну па-па!
Закусывая шашлыком, Артур бормочет:
— Сейчас…
— Прямо сейчас! Па-па! Нам скусна!
— Блядь…
— Ма-ма! — жалуется Диана.
— Артур… — шикает на него жена.
— Я с ней покатаюсь… — раздается над всей этой какофонией голос, который щекочет мне поджилки.
Дети Страйка спорят между собой о том, кто первым поедет с тетей Таней.
Я имел бы дофига шансов победить в этой игре, решись поучаствовать. Но я только наблюдаю, не отсвечивая. Просто у меня не хватает опыта подкатывать к женщине, которой я не интересен. Я с юности сложные комбинации оставлял на льду, а за его пределами - принципиально избегал.
Я сказал подкатывать?
Да. Все, о чем думаю уже минут десять, - как к Капустиной подкатить. Интерес, улыбка, контакт - все просто. Взаимная симпатия абсолютно простая штука, но в случае с Таней трех компонентов явно мало. Плюс ко всему, преимущество не на моей стороне - ее парень, хоть и кретин полный, обаятельный ублюдок.
Мозги у него явно подвижные. Владеть вниманием аудитории он тоже умеет на уровне. Возможно, гораздо лучше меня.
— Понимаете, — просвещает он Нику, а заодно всех остальных, голосом, к которому интуитивно прислушиваешься, — солнце излучает не только свет, но ещё и мощный поток заряженных частиц. Это называется солнечным ветром…
— Как красиво! — мечтательно комментирует моя девушка.
— Ну, да… — жмется долговязый. — В этом есть романтика… природа и человек неотделимы друг от друга…
Почесав языком зубы, болтаю в стакане чай.
— И чё? — хмыкает Зелёный. — Дальше чё?
— Этот ветер окутывает планету, а на полюсах, на Северном или Южном, его примагничивает, и вот тогда возникает сияние…
— То есть, нам здесь Северного сияния не ждать?
— Я бы не терял надежды, — бодро объявляет очкарик. — Такое возможно…
Описание тех самых возможностей он дает максимально доступно. Понять такое в состоянии даже ребёнок. И подобное красноречие - это талант. Плюс, его смазливая рожа тоже неплохо располагает.
Поиграв желваками, смотрю на средоточие детского визга.
