Тимми внимательно прислушался к разговору. Ключ? А не может это быть?.. Он пощупал в кармане, и рука коснулась холодного бронзового ключа, который раньше висел на шее у Секретаря. Ключ, про который Кассандра сказала, что он магический, но не умеет открывать двери. Тимми нервно повертел его в лапах. Может быть, это и есть тот ключ, о котором говорит Мнемос? Стоит ли ему вмешаться в разговор? А если это тот самый ключ, стоит ли помогать врагу? Можно ли быть уверенным, что ключ будет использован на благо? Но тут ему вспомнились слова Кассандры о доверии – что оно может стать их последним оружием. Взглянув на Иммануэля, он осторожно проговорил:
– Ключ у меня.
Земля на мгновение покачнулась. Потом Секретарь резко обернулся к Тимми.
– Ах ты! – крикнул он, сделав шаг к Тимми.
– Остановись! – прогрохотал Мнемос. – Помни: ты должен его заслужить.
Удивительное дело: Секретарь остановился. Он мрачно смотрел на Тимми, когда кот вытащил ключ из кармана, продолжая, однако, крепко держать его в лапе. Секретарь уставился на него. Иммануэль стоял между ними, переводя взгляд с одного на другого.
– Тимми, ты должен отдать его добровольно и с чистым сердцем, – проговорил он.
Тимми посмотрел на Иммануэля. Он понимал, что мышонок запустил процессы, которые больше него самого, больше Секретаря и его ненасытной жажды власти. Речь шла о том, чтобы исправить старую ошибку.
Наконец Тимми разжал лапу и протянул обезьяне бронзовый ключ. Сделав пару шагов вперёд, он вложил ключ в узкую ладонь Секретаря.
– А теперь желание может исполниться, – слова Мнемоса прозвучали, как дыхание ветра.
Держа ключ одной рукой, Секретарь нажал на что-то сбоку. Ключ открылся, как своеобразный медальон.
– Мнемос, я прошу тебя исполнить моё желание, – спокойно проговорил Секретарь.
Дух воспоминаний закрутился на месте от возбуждения, и взбудоражил песок, подняв вращающийся вихрь. Внутри вихря ярко засветился свет, превратившись в ослепительно белое сияние. Оно горело, как лучи солнца, отчего Тимми и остальным пришлось закрыть глаза руками. Свет вырывался наружу толчками, становясь всё интенсивнее. И вдруг всё исчезло с оглушительным грохотом, так что эхо отдалось среди гор. Снова зазвучал тихий шум водопада, и когда друзья взглянули на то место, где только что стоял Секретарь, там лежали лишь бронзовый ключ и оба свитка. Несколько песчинок закружились в воздухе, сверкнули в последний раз и осели на землю.
– Отличная работа, Тимми, – проговорил Иммануэль.
Тимми подошёл к ключу и поднял его. Внутри обнаружился портрет мамы-обезьяны с маленьким детёнышем на руках. Это был малыш Юлиус – до того, как он и окружающий мир узнали, что он не такой, как все. Вот и всё, что осталось: счастливые воспоминания… Воспоминания, которые Юлиус вытеснил из памяти.
Иммануэль свернул свитки и убрал во внутренний карман.
– Куда он подевался? – спросил Тимми.
– Ему выпал второй шанс. Как и мне, – серьёзным тоном ответил Иммануэль. – Его дух родится заново – в какое время, в каком месте, нам неведомо. А мне удалось исправить ошибку.
Тимми понял. Он кивнул, улыбнулся, а потом поднял Иммануэля на руки.
Джаспер и Каспер тоже подошли. Все стали обнимать друг друга.
– Понятия не имею, как вы нас нашли, но безумно рад вас видеть, – сказал Тимми.
– Мы поняли, что вам без нас придётся туго, – проговорил Джаспер.
– По моим последним подсчётам, мы помогли вам на четырнадцать целых семь десятых процента, – добавил Каспер.
– Четырнадцать целых девять десятых, если уж быть совсем точным, – сказал Джаспер.
Каспер толкнул его локтем в бок, и все расхохотались.
Чуть в стороне Альфред стоял на коленях перед Синим Кроликом, который только что открыл глаза, посмотрел на игрушечных дел мастера и заморгал.
– Я всё сделал хорошо? – спросил Кролик.
– Да, ты молодец. Ты очень помог нам, – сказал Альфред, улыбаясь ему. – И не волнуйся, я тебя починю. Скоро снова будешь здоров!
Кролик улыбнулся и закрыл глаза.
Тимми подошёл к ним и положил лапку на плечо Альфреда. Старый мастер поднялся.
– Я так рад, что ты жив, – проговорил Тимми с радостной улыбкой.
– А я и не подозревал, что был мертв.
Тимми как раз собирался спросить, как получилось, что Альфред оказался здесь, но тут их разговор прервал звук, доносившийся из джунглей. Они обернулись и увидели, как Мольбригг выходит из теней. Через плечо у него висела связанная Эстер с кляпом во рту.
– Я что-то пропустил? Вы его взяли? – спросил он.
– Ты всё пропустил. Секретарь больше не в деле.
– Ну что ж, отлично. Ниндзя спасли ситуацию, не так ли? По этому поводу стоит спеть пиратскую песню.
И именно песня тут и последовала, потому что как раз в эту минуту раздался хорошо знакомый барабанный бой. Навстречу им, пританцовывая, вышли выдры, размахивая светящимися палочками и подёргиваясь в такт музыке. За ними следовали несколько богатых банкиров, выглядевших весьма странно на песчаном пляже.
– У вас тут что, собственная вечеринка? ВИП-зал? – спросила одна из выдр, когда они приблизились. – Мы слышали фейерверк, но, должно быть, всё пропустили, потому что мы его так и не увидели.
