Позиция русского войска не была случайной. Это место было заранее намечено русскими военачальниками.
5 апреля 1242 года войско Александра Ярославича выступило на искусно выбранную оборонительную позицию, заставив немецких рыцарей действовать в невыгодных для них условиях.
Решительному сражению предшествовала предпринятая Александром глубокая разведка на территории Ливонского ордена к западу от Узмени. Убедившись после боя высланного «в разгон» отряда Домаша и Кербета, что из Дорпата выступили главные силы ордена, Александр «воспятися на озеро», то есть отошел за Узмень, на ее восточный берег, туда, где он решил сразиться с врагом, если тот рискнет вторгнуться в пределы новгородско-псковских земель.
Ночь на 5 апреля оба войска провели, по-видимому, друг против друга, каждое на своем берегу, под охраной выставленных ими сторожевых постов. На льду Узмени, пользуясь темнотой, появились вражеские разведчики, высланные, чтобы убедиться в достаточной прочности льда и выяснить, где именно остановилось русское войско. В свою очередь, и русские разведчики следили за врагом, выдвинувшись вперед вдоль южного берега Озолицы…
Русское войско расположилось в лесу. Тут, среди густого ельника, было тихо. Воины разместились вокруг костров и спокойно готовились к схватке с врагом. Среди них было немало добровольцев из причудских поселений. «Как прослышали, что Александр-то Невский на немца идет, так все и подались к нему. Уходили кто с чем мог…» Бывалые воины рассказывали новичкам, чем меченосцы сильны, а в чем они и слабы; самое главное, говорили они, не бояться рыцарей. Меченосцы сильны, пока могут колоть копьем и рубить мечом, а если схватиться с ними вплотную, сразу видно, что к такому рукопашному бою они приспособлены плохо. Тут сила к пехотинцу переходит. Действовать надо коротким топором и засапожным ножом. Особенно важно рыцарского коня вывести из строя. Надо извернуться да засадить по самую рукоятку засапожный нож ему в брюхо, а когда конь рухнет, добивать упавшего рыцаря чем попало…
Перед рассветом по стародавнему обычаю воины надели припасенное на этот случай чистое белье — знали, что предстоит бой не на жизнь, а на смерть. Летописец записал по этому поводу, что «…боа[18] великого князя Александра исполншася духа ратнаго, бяху бо сердца их аки лвом».
Когда стало светать, Александр и его военачальники «поставиша полк на Чюдьском озере, на Узмени, у Воронен Камени», у берега нынешнего мыса Сиговец, неподалеку от широко известного уже тогда ориентира — Вороньего Камня. Интересно отметить, что и ливонский хронист, говоря о Ледовом побоище, назвал его «сражением на Узмени у Пейпус-озера», подчеркнув этим последним указанием, что оно произошло в той части Узмени, которая прилегает к современному Чудскому озеру.
В летописи нет указания, в каком боевом порядке встретило наступление врага русское войско. Можно предположить, что это было широкое по фронту многошереножное построение. В первых рядах находились воины, основным вооружением которых были длинные копья. После того как лучники до начала рукопашной схватки осыпали врага градом стрел, копейщики встречали его, выставив вперед копья, и принимали на себя тяжесть первого натиска. За ними стояли воины с боевыми топорами, мечами, засапожными ножами и другим оружием.
Русская конница, основу которой составляли дружины Александра и его брата Андрея, вероятнее всего, построилась за левым флангом боевого порядка пехоты, а может быть, и за прибрежными зарослями, не выдавая заранее врагу своего местонахождения.
Нет достоверных сведений и о том, где находился во время битвы Александр Ярославич. Далеко в этом отношении от действительности народное предание о том, что он управлял действиями своих полков, стоя на Вороньем Камне. Тот, кто знаком с боевой деятельностью молодого князя, а в 1242 году ему было всего 22 года, с его отвагой и быстрыми, неожиданными для врага действиями на поле сражения, может уверенно определить место, где он находился во время Ледового побоища.
Еще до начала битвы он и его ближайшие военачальники наблюдали за построением русского войска с опушки леса на берегу Узмени. Здесь застало Александра, конечно, и первое донесение конных разведчиков о том, что рыцарское войско выступило и спускается на лед Узмени.
Время близилось к восходу солнца, когда на широком ледяном просторе Узмени показались ливонские рыцари.
«И наехаша на полк немци и чюдь, — сообщает нам дальше русская летопись, — и прошибошася свиньею сквозе полк». Это был успех, одержанный рыцарями в начале битвы. Слово «свиньею» следует понимать как компактный боевой порядок рыцарского войска, применявшийся им обычно против пехоты. «Было видно, — читаем мы и в ливонской хронике, — как знамена братьев (рыцарей) проникли в ряды русской пехоты».
Так началась битва.
