Он был полупрозрачным, холодным на ощупь и достаточно увесистым. Вблизи казалось, что внутри его что-то движется, когда он переливался и постоянно менял цвета.
– Да. Этот камень действительно обладает невероятной силой, – продолжил Крейч. – Но только в компании со своим союзником, который может обуздать и направить их. Оружием, которое было создано специально для этого камня многие тысячелетия назад. Вместе они способны явить мощь самой природы, вместе они есть могущественное творение, которому нет равных, способное в одиночку остановить любую войну. Но много тысяч лет назад их разлучили. И с тех пор он превратился в обычный камень. Потрясающе красивый, но всё же камень.
– А какое оружие для него выковали? – спросил я, и у меня появилось дурное предчувствие, что я и сам могу ответить на этот вопрос.
– Корураку было предназначено вечно существовать в единении с легендарным гномьим топором по имени Кровопийца, – ответил Крейч с ехидной улыбкой, – оружием, с которым ты довольно хорошо знаком.
Мне показалось, что тут же мне и придёт конец.
У меня было решение всех наших проблем, а я собственноручно бросил его на дно залива Сан-Франциско. Как истинный гном. Но большинство гномов перегрызли бы горло любому, лишь бы обладать этим топором. Так что я должен признаться: я снова всё испортил. И не просто по-гномьи, а так, как способен только Грегдруль Пузельбум. Безвозвратно.
– Но даже если он воссоединится с Кровопийцей, – сказал Эдвин, и таким печальным я его ещё никогда не видел, – у него не хватит могущества, чтобы обуздать и подчинить себе магию, как, по легендам, мог сделать амулет?
Я и забыл, что весь его план по спасению мира рушился у нас на глазах[20].
– Что ж, об истинной силе корурака и Кровопийцы известно очень немного, – признался Крейч. – Даже мне. Но всё же я уверен, что у них не хватит сил, чтобы подавить магию. Ничто на Земле не способно управлять магией, разве что феи, но их больше нет.
Подавленный Эдвин опустил голову. Его грандиозный план только что с треском провалился.
– Но их силы хватит, чтобы помочь нам одолеть Верумку Генус и их монстров, правда? – спросила Глэм.
– Да, наверное, – сказал Крейч, медленно пожав плечами. – Думаю, да.
– Отлично! – сказала Глэм, вставая, чтобы уйти. – Тогда пора выбираться отсюда. Давайте вернёмся в обычный мир, найдём пропавший топор Грега и наваляем кучке злобных эльфов!
И, хотя я вовсе не был в таком предвкушении войны с эльфами-экстремистами и их дикой армией монстров, у меня немного отлегло от сердца. У нас появилась толика надежды. В конце концов, это было одной из наших целей в поисках амулета: мы хотели использовать его, чтобы остановить Верумку Генус. Конечно, мы надеялись, что сможем вообще предотвратить битву. Но в любом случае теперь я чувствовал себя гораздо лучше, зная, что их поражение по крайней мере гипотетически реально.
И всё это зависело от того, смогу ли я отыскать величайшее оружие в мире, которое выбросил, как последний кретин.
Ари замахала руками, призывая всех встать.
– Мы теряем время. Нам нужно доставить Кровопийцу и корурак Совету.
Мы повздыхали, поднялись и обернулись к выходу из пещеры.
Вот только его там больше не было.
На месте проёма оказалась сплошная каменная стена.
– Вы правы: времени у вас осталось немного, – зловеще произнёс Крейч. – Прямо в эту минуту Верумку Генус подтягивает свои силы к Чикаго, чтобы нанести свой последний удар. Но это ничего не значит. Я приношу свои самые искренние извинения, но вы никуда отсюда не пойдёте.
Мы резко обернулись к нему.
Крейч улыбался, но в его улыбке читалась смесь сожаления, боли и печали.
– Я провёл здесь в одиночестве столько времени, – сказал он. – И единственным моим собеседником были знания. Представляете, как одиноко мне было?
– Вы не можете держать нас здесь вечно! – воскликнула Ари.
– Вы не можете заставить нас быть вашими друзьями, – добавила Глэм. – Для начала вам придётся нас убить!
– Что? – переспросил Крейч в явном недоумении. – Нет! Нет, конечно же, нет. Вы всё не так поняли. Мне не нужны друзья. Бессмертный всеведущий дух вроде меня не нуждается в друзьях. Без обид, но вы мне скоро наскучите. Нет, на самом деле я хочу умереть.
– Умереть? – переспросила Ликси.
– Да, я хочу умереть, – подтвердил Крейч. – Я хочу наконец-то умереть.
– Вы хотите, чтобы мы… эмм… убили вас? – спросил Пламялис. – Забодай меня рокнар.
– Ха-ха! – воскликнул Крейч. – Хотел бы я, чтобы всё было так просто! Но я же бессмертный, вы не можете меня убить.
– Тогда что… – начал Пламялис.
Но Крейч перебил его.
