Именно здесь в 1848 году превосходно оснащенная и подготовленная Британская Арктическая экспедиция под руководством сэра Джона Франклина закончилась невиданной трагедией. Погибли все ее участники — 129 человек. Никто не вернулся из Арктики, чтобы рассказать о достижениях или потерях, а оба экспедиционных судна — корабли Ее Величества «Эребус» и «Террор» — бесследно исчезли, так же как и все письменные отчеты экспедиции. Британские и американские исследователи, пытавшиеся понять причины трагедии, были обескуражены тем, как мало осталось от великолепно снаряженной команды. Устные предания местных жителей — инуитов, некоторые артефакты, человеческие останки и одна записка, найденная исследователями XIX века — вот и все, чем располагали историки для реконструкции событий.
В штормовой и почти морозный июньский день 1981 года члены археологической группы из университета Альберты занимались поисками человеческих останков рядом с мысом Бут Пойнт, на южном побережье острова Кинг-Уильям. Они надеялись, что их расследование прольет свет на события последних дней пропавшей экспедиции. Было известно, что именно здесь проходил путь уцелевших моряков на материк к урочищу, впоследствии названному Бухтой Голодной смерти. Там и завершилась эта трагедия. Ученые начали свое расследование с места, обнаруженного их предшественником — американским исследователем Чарльзом Фрэнсисом Холлом, который в 1869 году, следуя описаниям инуитов, нашел могилу, принадлежащую кому-то из членов пропавшей экспедиции:
«После получасового пути экспедиция сделала привал в небольшой ложбине, известной у местного населения под названием „Кунгэарклеару“. Они уверяли, что там „был похоронен белый“. Предание об этом передавалось из уст в уста со слов только одного свидетеля, нашедшего захоронение. Место было отмечено холмом, но под снегом вся поверхность казалась ровной. Там поставили памятник, а местоположение… подробно описали».
Первый день исследований в 1981 году закончился безрезультатно. Лишь на следующее утро, 29 июня, полевой ассистент Карен Дигби подошла к судебному антропологу Оуэну Битти и археологу Джеймсу Савеллю, крепко сжимая в правой руке нечто, похожее на осколок разбитой чашки.
«Кажется, это для нас важно. Она человеческая?» — спросила Дигби, протягивая Битти белую черепную кость.
Это была первая серьезная находка в ходе раскопок, ставшая отправной точкой судебно-медицинских расследований Битти. Отметив место, где она нашла кость, Дигби привела туда остальных членов группы. В еле заметном углублении в песчаной почве покоились части человеческого черепа, и, вернув найденный ранее фрагмент на место, ученые приступили к поиску других останков.
Сначала было обнаружено лишь несколько осколков костей. Но после шести часов упорного труда, когда был просмотрен каждый дюйм почвы, исследователи нашли, сфотографировали, нанесли на карту, а затем собрали тридцать один фрагмент человеческих костей. Большинство останков были найдены на поверхности, остальные покрывал мох и песок.
Текстура костей свидетельствовала о суровости северного климата. Внешняя сторона высветлилась добела, а местами потрескалась и при касании осыпалась хлопьями. На выбеленных костях цепко закрепились ярко окрашенные кляксы мхов и лишайников, будто пытаясь защитить их перед очередной суровой зимой. Светло-коричневая внутренняя сторона костей, не подвергавшаяся никаким внешним воздействиям, оказалась в хорошем состоянии, сохранив все анатомические особенности. Исследователям удалось также обнаружить несколько артефактов, включая пуговицу из ракушки, относящуюся к первой половине XIX века, и мундштук керамической трубки той же эпохи. Скелетные останки и артефакты были найдены на участке примерно в 33 на 50 футов (10 на 15 м), в центре которого находились фрагменты каменных кругов, некогда выложенных по периметру палаток.
Главный вопрос, который обычно возникает у судебных антропологов при исследовании человеческих костей, — принадлежат они одному человеку или нескольким? Битти тщательно изучил останки и определил, что ни одна кость и ни одна анатомическая особенность не повторяются, а их размер и характеристики таковы, что позволяют с уверенностью утверждать, что они относятся к одному человеку.
Форма лобовой кости черепа и особенности строения глазниц доказывали, что, вероятнее всего, это останки европейца.
Выступающая надбровная дуга, отчетливые следы хорошо развитых мышц, а также форма костей конечностей указывали на то, что скелет принадлежал мужчине. Черепные швы (соединения между костными частями черепа, которые исчезают с возрастом) были все еще слегка заметны, и это означало, что мужчине на момент смерти было всего двадцать — двадцать пять лет.
Многим останки моряка из команды Франклина всего лишь напомнили бы о давней полярной трагедии. Но для Битти эта находка была как будто посланием одного из членов экипажа Франклина, дошедшим до нас сквозь время для того, чтобы ответить на многие вопросы.
