Лиза молча крутила в руках огромный звездчатый рубин. Даже покрытый грязью, он всё равно ярко блестел.
Кейти Вулф села рядом с Сэм; её веснушки ярко выделялись на бледной коже. Обняв дочь за плечи, она слегка сжала её.
— С тобой точно всё в порядке? — спросила она, смотря в лицо Сэм.
— Да, мам. Прости, что так тебя напугала. А где близняшки?
— У соседки, миссис Киркпатрик. Она с удовольствием согласилась присмотреть за ними.
Сэм посмотрела на Лизу, по-прежнему державшую рубин, затем заметила, что Кэсси по-прежнему стоит перед большим панорамным окном. Она словно боялась повернуться к ним лицом.
— Ты всё принесла? — тихо спросила Сэм.
Кейти кивнула, сняла с плеча брезентовую сумку и достала оттуда маленькую коробку Кэсси — она была среди тех немногих вещей, которые Кэсси взяла с собой домой к Сэм.
— Ты уверена? — предупредила Кейти.
Сэм чуть раньше пересказала произошедшие события маме, позвонив ей после приезда полиции. Кейти знала, что в коробке лежит что-то важное, но не знала, что именно.
Усталые Брэндон и Элизабет Паркеры позвали Элли к выходу, но, прежде чем та успела ответить, в прихожей послышался шум, и в комнату величественно вплыла тётя Клара.
— Лиза! — воскликнула она, подбежав к племяннице. — Я же
— Он догадался, что Орион — ключ к поискам рубина, — сказала Лиза, провожая тётю Клару к одному из кресел с высокими спинками. — Они с Майклом приехали и украли его, пока меня не было!
— Но Сэм намного опередила его, — с гордостью сказала Элли.
Она украдкой покосилась на родителей и с облегчением увидела, что они нашли себе стулья, всё-таки решив задержаться подольше.
Тётя Клара внимательно слушала, пока Лиза пересказывала историю. В какой-то момент Сэм подошла к ней, чтобы отдать табличку, а потом Лиза показала ей «Глаз Ориона», который сжимала в ладони.
— Значит, он всё это время был здесь, — выдохнула тётя Клара, не сводя глаз с камня. — Но, Сэм…
Ей с довольно большим трудом удалось всё же перевести взгляд на девочку.
— Я не понимаю связи между надгробием мамы Кэсси и ранчо. Как ты умудрилась догадаться об этом?
Кэсси наконец-то отвернулась от окна; на её лице были одновременно смятение и надежда, и Сэм уже не смогла выдержать. Неважно, права она или нет: она
— Улик было очень много, — призналась Сэм, убрав руки в карман свитера. — Я всё поняла только сегодня вечером на кладбище. Но, — поспешно сказала она, подойдя к Лизе, — мне кажется, что, прежде чем мы всё обсудим, вы должны посмотреть на это.
Достав маленькую жестяную коробочку, Сэм протянула её Лизе.
— Эта коробочка тоже лежала в подкове, но я спрятала её, пока все разглядывали рубин, потому что… — Сэм замолчала и поправила волосы; ей самой не терпелось увидеть содержимое. — Мне кажется, что её содержимое будет даже ценнее, чем «Глаз Ориона».
Лиза изумлённо раскрыла глаза, затем просияла, не в силах сдержать улыбки. Открыв старую коробку, она достала из неё несколько сложенных листов бумаги. Все наклонились вперёд, напряжённо смотря, как она разворачивает хрупкие документы.
— Это же… — изменившимся голосом проговорила тётя Клара. — Неужели мы наконец нашли документы об удочерении?
В глазах Лизы стояли слёзы. Она кивнула, быстро просмотрев первую бумагу, затем вторую.
— Они из нотариальной конторы в городе милях в двухстах отсюда, — сказала она. — В основном тут юридический жаргон, но в них действительно описываются условия удочерения. А последняя бумага — похоже, копия моего свидетельства о рождении. Там просто написано «девочка», но день рождения тот же, что и у меня. Завтра!
Услышав это, Сэм резко подняла голову, и по спине у неё побежали мурашки. Вернувшись к маме, она взяла у неё коробку. Кэсси увидела её и изумлённо уставилась на Сэм.
— Ну что, сейчас ты мне расскажешь? — хрипло, требовательно спросила она.
Лиза оторвала взгляд от документов на удочерение, услышав отчаянную мольбу Кэсси. Увидев, чтó держит в руках Сэм, она недоуменно перевела взгляд с одной девочки на другую.
— Что происходит? — спросила она у Сэм.
— Кэсси, — сказала Сэм, пропустив мимо ушей вопрос Лизы. — Ты сказала мне, что твоя мама бросила школу и переехала, когда ей было шестнадцать лет. Бабушка когда-нибудь рассказывала тебе, почему?
Когда Кэсси покачала головой, Сэм открыла коробку.
— Ещё ты сказала, что она потом поступила в колледж и вышла замуж сразу после того, как окончила его, и умерла в тридцать лет, вскоре после твоего рождения.
Элли слушала Сэм с большим нетерпением. Если Сэм действительно имела в виду то, о чём подумала Элли, то это самая большая тайна, которую они когда-либо раскрыли… и самая важная.
Сэм осторожно отодвинула на одну сторону содержимое коробки и достала старые бумаги, которые мельком просмотрела, когда они сидели в комнате у Кэсси.
— Ты всё это время думала, что свидетельство о рождении принадлежит твоей маме, потому что на нём её имя. Но я считаю, что это не так.
