— Не буду, — буркнула я и присела на краешек стула. Просто после встречи с леди Тирандой меня всё ещё потряхивало, не хотелось, чтобы Орланд Даркинфольд это заметил.
— Знаешь, что самое скверное? Тиранда Аратейр — в сущности, женщина неплохая. Опять же, когда Совет Магов решал, достоин ли Рендел поста ректора Академии фамильяров, она сделала всё, чтобы он получил эту должность. Так что за сына она — и в огонь, и в воду, да и горло любому перегрызёт. Впрочем, тут ей и зубки пачкать не пришлось. Совсем паршиво было, да?
И взгляд такой сочувствующий и располагающий, что немедленно захотелось выложить всё, что было на сердце, выплеснуть обиду и горечь. Но потом я вспомнила, с кем имею дело, и отчеканила:
— Не понимаю, о чём вы.
— Осторожничаешь. Это правильно. Вдруг и Рендел, глядя на тебя, за ум возьмётся?
Обсуждать архимага, да и просто продолжать разговор с Даркинфольдом — спорное удовольствие, но вспомнились слова кузена Фиола.
— Маги не любят лорда Рендела?
— Любовь! — Из горла менталиста вырвался снисходительный смешок. — Только такие юные девушки, как ты, меряют отношение других любовью. Рендел многих разочаровал. Когда он занял пост ректора, маги сочли, что теперь без проблем получат доступ к талантливым выпускникам академии. Фамильяров-пятикурсников заваливали предложениями, но практически все они были отклонены. Мало кто согласился променять своего мага, с которым прошел все испытания учёбы, на незнакомца. В академии Кар-Града формируется прочная связь между магами и фамильярами, и за это Рендела готовы распять и оставшиеся с носом маги, и фамильяры других академий. Ведь там, как ты знаешь, отношение к магам осталось на прежнем уровне.
— И как Совет допускает подобное? Фамильяры же используют своих магов. Кузен Фиол обмолвился, что за год успел поработать с четырьмя.
— Тебе кажется это несправедливым?
— Конечно! Ведь речь идет об одарённых, действительно одарённых юношах и девушках из отдалённых миров. Адепты считают, что вытащили счастливый билет, а им только позволяют почувствовать магию, а потом отсылают обратно.
— Вообще-то переводят, — сухо уточнил Даркинфольд. — Самых, как ты сказала, одарённых пытаются пристроить в учебные заведения для магов. Если же не выходит, дар блокируется, и бывший практический материал едет домой… с зачастую подправленными воспоминаниями. Удивлена? Кипеть от негодования разрешается.
Губы менталиста изогнулись в язвительной усмешке. Он в самом деле ждал, что я начну возмущаться. Обойдётся!
Осознав, что я не собираюсь спорить, Даркинфольд слегка подался вперёд.
— И это всё? Где вопли о вселенской несправедливости или причитания над разрушенными судьбами юных дарований?
— Предпочитаю не стенать, а действовать, — процедила сквозь зубы я.
— Отлично. Я прибыл как раз для этого. — Тон менталиста снова сделался деловым.
У меня возникло ощущение, что меня только что проверяли и я эту проверку прошла.
— И зачем же вы прибыли?
— Чтобы сделать предложение, от которого ты не сможешь отказаться. Ну как, кошечка? Желаешь поохотиться?
— На кого?
— На самую непредсказуемую дичь на свете — на саура.
Охотиться на саура решили втроём — к нам присоединилась Элла. Даркинфольд был не в восторге, но кто интересовался его мнением? Саур обратился к нам обеим, значит, и разыскивать его следовало тем же составом. Да и потом, если бы я отправилась на ярмарку без Эллы, она бы жутко обиделась. О реакции лорда Рендела я старалась не думать. Даркинфольд обещал всё уладить, но я ему не верила, а вот в то, что стражи Ярмарка-Града уничтожат непокорную сущность, поверить было очень даже просто. До этого маги хотели её пленить и заставить работать на благо волшебного города, а когда узнали об идолах, решили, что от саура проще избавиться.
Ярмарка-Град привычно встретил нас шумом и суетой. Как только мы миновали рынок возле Башни, Элла растерянно замерла.
— И куда дальше?
— Надо найти спокойное местечко, чтобы вы могли позвать саура. — Даркинфольд выглядел так, словно был уверен в успехе нашей затеи.
— О! Видела такое! Между гостиницей, и ресторацией. — Имелся в виду проулочек, в котором мы случайно стали свидетелями встречи Шрама и Йерихона.
— Желательно, чтобы это место было отдалённым, — уточнил Даркинфольд. — Мы не знаем, как саур себя поведёт.
— Он может напасть? — обеспокоилась я.
— Боишься, кошечка? — Менталист оскалился в провокационной улыбке.
— Разве что за вашу шкуру. Нам-то он доверяет!
«И это доверие мы собираемся предать!» — Элла не на шутку разволновалась.
«С чего это? Мы не будем участвовать в поимке. Всего лишь постараемся убедить, что в его интересах пойти навстречу магам Ярмарка-Града…»
«А если саур не согласится?»
«Тогда… Будем действовать по обстоятельствам! Пойми, я не могу его бросить! Маги только и мечтают, как бы заполучить саура в услужение. Они не отстанут. Лучше, если саур первый выдвинет свои условия».
«Ясненько, будем импровизировать!» — Элла, сама того не осознавая, покрепче прижала сумку со статуэтками к груди. Настоящий боевой маг, готовый мчаться навстречу неизведанному.
